У домика под каштанами машину встретил Бек. По мнению Лирника, страшный человек. По его глазам не догадаешься, о чем думает, да и пистолета при нем нет, только узкий кинжал на поясе. Страшный человек.
— Здравствуйте, мисс Роджерс! Хорошо доехали?
Бек сам открыл дверцу и поклонился, но Лирник
видел, что эту мадам он не любит. Сказать больше — презирает.
— Не кривляйся, — буркнула пассажирка и, выйдя из машины, зашагала к домику.
«Ох и задница! Ох и рулит!» — мысленно восхитился Лирник, пока совсем рядом не увидел лицо Бека.
— Тебе чего?! — испугался он.
— Ничего, — ответил Бек. — Жди.
61
Танжер встретил агента в большой комнате, сидя возле камина за большим, накрытым скатертью столом, на котором стояли коньяк и белое вино «гинасси». Именно его обычно предпочитала Грейс.
Из закусок было блюдо с жареной озерной рыбой, кислый соус, вазочка со свежими булочками и рыбный бульон, сваренный из щучьих плавников.
Танжер знал все прихоти своих агентов. По крайней мере — самых важных.
— О, Джефри! — воскликнула она и, раскинув руки, бросилась ему на шею.
— Обожаю тебя, дорогая, — сказал он, прижимая ее к себе. Такая у них была игра.
Потом они по-родственному поцеловались, и Танжер усадил гостью в кресло, а сумочку она поставила рядом — на пол.
— Как доехала? Здесь ведь не очень хорошие дороги.
— Как видишь, доехала, но твой шофер все время пытался увидеть мои трусы.
— Он шофер, ему простительно. Немного «гинасси»?
— Да, если тебя это не затруднит… — через силу улыбнулась Грейс. Она знала, что ни в чем не может отказать этому человеку.
Во-первых, потому, что она его любила, во-вторых — Грейс прочно сидела у него на «крючке» и одного его слова хватило бы, чтобы она села в тюрьму до конца жизни. Ну, а в-третьих, он хорошо ей платил.
Грейс была не голодна, но, пододвинув блюдо с рыбой, стала с аппетитом есть. Никто не знает, что будет завтра, но сегодня все было сделано так, чтобы ей понравилось, и ей нравилось.
— Есть работа, Грейс.
— Под кого нужно лечь и что выведать? — спросила она.
— Ну зачем ты так, дорогая? — развел руками Танжер. Он знал, что агенты любили поиграть в принципы, и немного им в этом помогал. Совсем немного.
— Что, не нужно ложиться? — уточнила она, принимаясь за спинку сома.
— Можно ложиться, а можно и не ложиться, — сказал Танжер, сплетая пальцы и выдавливая из себя улыбку всезнайки.
— Ликвидация?
— Она самая.
— А почему не вызвать пару дубов с «пушками», чтобы они все сделали?
— Увы. Пробовали, но не прошло.
