Я рассматриваю склоненную голову, тень пушистых ресниц, длинную шею…
Почувствовав мое внимание, Макс вскидывает на меня глаза.
Не знаю, что он видит на моем лице, но, отложив диск, он бережно гладит мое плечо, проводит рукой по предплечью вниз до локтя и притягивает меня к себе.
Его взгляд становится жадным, а мое сердце начинает биться сильнее.
Мне достается короткий и легкий поцелуй в плечо, потом еще один чуть выше и еще.
В этом есть что-то гипнотическое, поэтому я не сопротивляюсь, а наоборот, когда поцелуи ложатся один за одним вдоль царапины, подставляю шею, а горло, когда Макс прокладывает дорожку вверх к подбородку.
Не сопротивляюсь, когда он заключает меня в свои объятия и целует.
Говорят, что после сильного стресса организм испытывает сильнейший инстинкт размножения.
Вот и поцелуй Макса из нежного и осторожного быстро превращается в жадный и властный.
В нем столько страсти, что я охотно поверю, что и он испытал потрясение.
На эту страсть невозможно не ответить, и вот я уже прижимаюсь к Максу сама, запускаю пальцы ему в волосы, посасываю его язык.
Нет, злость на Лютаева никуда не делась, но сейчас то, что он здесь рядом, – значительно важнее.
А Макс, забравшийся мне под майку и гладивший широкими ладонями мою спину, переключается на зону ниже, его руки, смяв ягодицы, прижимают меня к его паху, и я неосознанно трусь о напряженную плоть под его джинсами.
Он шумно втягивает воздух и, подхватив меня под попку, поднимается вместе со мной.
Я тут же обхватываю его ногами, а Макс прижимает меня к стене и обрушивает на меня такой поцелуй, что все мыли вылетают из головы.
Освободив себе руки, Лютаев быстро находит им применение: его ладони под майкой ласкают мою грудь, то сжимая, то поглаживая, а его пальцы пощипывают напряженные соски.
Оторвавшись от моих губ, Макс целует меня за ухом, его шумное и горячее дыхание вызывает у меня мурашки, я слышу, как он шепчет между поцелуями, которыми покрывает мою шею:
– Карина, игры кончились.
Скажи, что ты понимаешь, что сейчас произойдет.
Глава 36. Перемирие
Его слова немного отрезвляют меня, и, упираясь руками в грудь Макса, я отстраняюсь.
Нет. Я не готова. Наверное.
Сдерживаясь, Макс молча ждет моего решения, не пытаясь на меня давить, только его пальцы слегка поглаживают под футболкой мою грудь.
Я вижу, как заострились его черты, как глубоко он дышит. И сама чувствую то самое томление.
