Я очень сильна духом. Я вытерпела от Кая все: и разрушение, и заточение, и неласковое обращение. Я была готова к войне.
Не знаю, что меня так сломало. Почему эти фотки так убили меня. Что-то щёлкнуло и перемкнуло.
Но…я понимаю, что будто не отдавала отчета своим действиям. Просто было больно. Душа горела в агонии и страхе.
Кай пытается согреть меня, что-то то орет, то шепчет, как ненормальный. У него у самого все дрожит, хотя он горячий, как…солнце.
Он заворачивает меня в халат и два полотенца и чуть позже на кровати обволакивает своим теплым телом.
Мне уже и не холодно. В голове какая-то неразбериха. Не понимаю, как дошла до такого…
Нет. Нет. Нет…никогда. Никогда в жизни. Я все стерплю назло этому ублюдку. Я выйду из этого особняка. И не сломленная и мертвая. А живая и счастливая. Пройдусь по его сердцу на высоких каблуках и утоплю его сама, на хрен.
Думать об этом легко. Вот так мило я убиваю Кая в своих мыслях, а сама жмусь к нему, стараясь согреться. Он все угрожает мне убийством, если я еще раз так сделаю.
Разве он не видит, что в его угрозах нет смысла?
То, что я видела на фото, забывается в такие моменты. Он такой чистый сегодня. Пахнет собой. Утыкаюсь в его шею, чувствуя нежность до дрожи. Когда у нас у обоих заканчивается истерика, мы молча смотрим тупую комедию, думая каждый о своем…а может, о чем-то общем. Но мы молчим. Я просто жмусь к нему, как младенец, а он крепко обнимает меня в ответ.
Рабством сейчас здесь даже и не пахнет. И это даже пугает. Чувства только усложняют все.
Ненавидеть Кая это одно. Когда он плохой, когда он чудовище. А вот ненавидеть его, когда он такой, как в эту минуту…еще больнее, чем все, что я испытывала прежде.
Думаете, больнее уже не куда? И я так думала. Я жестоко ошибалась. Зверь убрал свои когти, но не навсегда.
– Почему ты это сделала, моя маленькая? – шепчет Кай мне в губы прежде, чем обвести их свои языком. Медленно, смакуя. Откуда в этом чудовище вообще есть такие повадки? Не понимаю…
Почему я это сделала? Испугалась. Потому что, если бы ты сделал со мной то, что делал на фото, было бы настоящим надругательством.
Да, я и так проститутка, но это…черт возьми, никогда! Ни за что! Это не извращенный секс, это просто за гранью моего понимания!
Но я ничего не сказала ему про фото. Они валялись на обеденном столе, и я надеялась, что он их не увидит. Да и зачем? Он сам их прислал, а задает такие странные вопросы. У человека НАПРОЧЬ отсутствует логика.
– Мне стало плохо. Я не специально. Поверь.
