И не было в ней ничего, что отличило бы ее от других, кроме красивого лица, хрупкости, женственности и ангельской стервозности, но дело было даже не в этом.
Меня подстегивали слова Деймона. Именно его блядские слова заставили меня желать ее как-то иначе. Чуть больше, чем все остальное.
«Ты всегда будешь вторым. Ты всего будешь подъедать мои объедки…»
Черта с два, Деймон. Если ты ее трахнул первый, это не значит, что первый не я. Я все для нее. А тебя она ненавидит, и будет ненавидеть до конца дней, и я знаю, ты еще не раз причинишь ей боль, возможно, я тоже, но сегодня я пришел за порцией, за своей порцией удовольствия.
"
"Ничто в жизни не двигало меня вперед так, как конкуренция. Желание завоевать, отбить, показать, кто здесь лучше и кто здесь главный. Самый примитивный инстинкт, мужской инстинкт…проблема была только в том, что конкурентом был другой человек, да другой, но он жил в моем теле.
– Ласкай свой девочку, давай, – дразню ее. Мой голос тяжелый и хриплый – я сам его не узнаю. Смотрю на ее налитую грудь с упругими сосками и не могу сдержаться.
Я слегка шлепаю по груди, покручивая розовые соски. Все, что я хочу это – мять, сжимать, ласкать и трахать.
– Я не умею, – боже, она краснеет. Эта киса, которая уже и сосала, и уже отдалась мне несколько раз, до сих пор краснеет. Невероятно, блядь.
– Импровизируй, – снова шлепаю ее по груди, и она вся прогибается. По лицу я вижу, как она кайфует от этой легкой боли.
Она уже в сетях. Она просто сама не понимает. Пытается отрицать.
В ее сознании мы становимся одним целым, и как бы она меня ненавидела, это для нее все равно, что ненавидеть себя.
– Хватит тормозить, Леа. Возьми тогда меня в руку, – я резко хватаю ее ладонь, заставляю обхватить мой ствол и крепко сжать его. Ну, не стесняйся, мать твою. Или стесняйся. Сам уже не знаю, похоть или якобы скромность заводит меня больше. Робость в новинку…вот и все.
Она сжимает, направляя меня в свои влажные складки. Упираюсь. Блядь, как сладко…
Гляжу на Леа, но с ней начинает происходить что-то…она в забвении.
Забвении похоти, которая вселилась в ее тело, может, она и сама не ожидала этого.
Я не понимаю, играет она или нет. Выглядит вполне естественно. Ее тело превращается в плавные волны, она начинает извиваться, как змея…шире раздвигает ноги и трется, трется, как самая настоящая кошка о мой член и яйца.
Умоляя, напрашиваясь и постанывая.
Глазам своим не верю.
Она выпустила своих демонов на свободу, и теперь они жаждут боя.
Леа
Мое тело помнит.
