Каждый имел значительный диверсионный опыт, отметившись в двух десятках мест.
Особенно серьезно они поработали весь последний год: летом сорок третьего группа была заброшена под Витебск, где успешно действовала против партизанских соединений; затем были карательные экспедиции под Оршей и в районе Орла, в Югославии против сербских партизан.
Весь следующий день Штольце провел с группой, объясняя, что предстоит взорвать в глубоком тылу хорошо охраняемый мост. Совместно изучали маршрут перехода линии фронта, пути возможного отхода, места контрольных встреч.
Мелочей в таких делах не существовало. Особое внимание было уделено местности, через которую приходилось пройти. Изучали как на топографической карте, так и аэродинамическую съемку. Заучивали все, что могло бы пригодиться: название сел, деревень, расположение улиц, через которые предстояло пройти; помечали строения, в которых возможно укрыться от преследования; запоминали адреса связников, у которых можно получить помощь.
В конце вторых суток Штольце провел небольшой экзамен, а когда убедился, что предоставленные им данные усвоены, объявил:
– Выезжаем сегодня ночью.
Могу сказать одно: задание нам дали серьезное. Я отобрал вас из многих, так что вы должны гордиться выпавшей вам честью. На ту сторону нас переведут. А дальше нам предстоит топать самим. Вопросы есть?
– Как долго продлится командировка? – спросил Феоктистов.
– Она рассчитана на десять дней. Но не исключаю, что нам придется еще немного задержаться. А теперь – отдыхать!
* * *Седьмой противотанковый батальон Третьей пехотной дивизии располагался в Полесье, близ небольшого города Несвиж.
Остаток ночи ехали в автомобиле, который трясло и бросало на дорогах, так что вздремнуть не получилось. Большая часть дороги шла через лес – тьма стояла кромешная, оставалось только удивляться зоркости водителя, не терявшего колею. В расположение батальона приехали под утро.
Раздевшись по пояс, ополоснулись в роднике, стряхнув холодной водой накопившуюся усталость. После водных процедур гауптштурмфюрер облачился в форму немецкого пехотного лейтенанта, а радист Ганц Замбер – в форму рядового.
Русские диверсанты надели обмундирование Красной армии. Рыжкову по заданию достались погоны капитана, Феоктистов стал сержантом, а Курбанов – рядовым.
Выяснив у дежурного, где находится блиндаж майора фронтовой разведки Шрадера, потопали через окопы.
Оборонительная полоса была сложной, состояла из узлов обороны, опорных пунктов и укрепленных позиций.
