Появление в кабинете Кальтенбруннера Франца фон Бентивеньи было весьма примечательно. Что же такого интересного хотел поведать шефу Главного управления имперской безопасности старый и опытный разведчик?
Несколько месяцев назад он возглавлял Третий контрразведывательный отдел Абвера, но после отстранения Канариса от руководства военной контрразведкой был вынужден уйти в резерв. Похоже, что фон Бентивеньи не терял надежды вернуться на место прежней службы, на что требовалось личное разрешение Эрнста Кальтенбруннера.
Хотя вряд ли ему это поможет – обергруппенфюрер недолюбливал старую гвардию адмирала Канариса.
Поднимающееся солнце опалило желтым светом кожаный диванчик, стоявший напротив окна; длинной желтой полосой разделило стену кабинета на две неравные части. Надвигалось душное жаркое лето с обильными проливными дождями, какие могут быть только в Восточной Пруссии.
Гауптштурмфюрер Штольце предпочитал самый юг Германии с мягким климатом, где природа лишена столь редких перепадов.
По Обербауерну, затерявшемуся в Баварских Альпах, Вильфрид скучал и не упускал возможности побывать на малой родине."
"Поднявшись, Штольце подошел к окну и посмотрел на улицу, не слишком оживленную в этот ранний час. Его внимание привлекли две девушки, одна из которых, одетая в красное длинное приталенное платье, в соломенной шляпке на хорошенькой ухоженной головке, очень напоминала ему Эльзу. Разве что была чуток помоложе. Подруги о чем-то энергично разговаривали, не зная печали, как если бы вовсе и не было войны.
Они быстро с веселым смехом перебежали улицу перед надвигающейся колонной грузовых автомобилей, спешащих на Восточный фронт.
Дверь кабинета обергруппенфюрера Кальтенбруннера распахнулась, из него вышел генерал-майор Франц фон Бентивеньи. Выглядел он задумчивым, немного встревоженным. Рассеянно кивнув на прощание офицерам, быстро вышел из приемной.
– Прошу вас, господин гауптштурмфюрер, – произнес майор Гольц.
– Заходите.
Вильфрид Штольце одернул китель, распрямил спину и твердым шагом кадрового военного прошел в кабинет начальника Главного управления имперской безопасности.
В ноздри тотчас ударил застоявшийся запах горького табачного дыма. Обергруппенфюрер был известный курильщик и, не считаясь с неудобствами окружающих, выкуривал в день не менее четырех пачек.
Вскинув руку, Вильфрид Штольце энергично и громко поприветствовал обергруппенфюрера.
