И ровно в это же мгновение у меня словно в голове что-то перещелкивает!
Не знаю, откуда силы берутся!
Дергаюсь вверх по лестнице, сбрасывая с себя властную ладонь и не глядя больше в жесткое холодное лицо, бегу прочь с такой скоростью, что в голове ветер свищет!
Боже, если он сейчас за мной… Если догонит, то…
Ох, мама моя!
Забегаю к себе в комнату, захлопываю дверь, закрываю ее на замок!
И прислоняюсь к ней спиной, замирая и тревожно прислушиваясь: не раздадутся ли тяжелые шаги в коридоре…
Боясь этого до остановки сердца.
Но звуков никаких не слышно.
Аккуратно, чуть ли не на цыпочках, отхожу от двери, ползу в сторону окна, выходящего как раз на подъездную зону особняка.
Наблюдаю, как Сандр, снова разговаривая с кем-то по телефону, неторопливо и спокойно идет к своей машине.
Задерживается на мгновение, режет взглядом по окнам, словно знает, что я наблюдаю за ним.
Не успеваю даже отшатнуться, снова превращаясь в соляной столб!
Сандр садится в машину и уезжает.
А я, разом обессилев, опускаюсь прямо на мягкий пушистый коврик у окна.
Сижу, безвольно катая в голове пустые шарики безумных мыслей. Даже не мыслей… Вопросов. Что это такое? Что это? Зачем он? У него же… жена…
Сил подняться нет, и я валюсь спиной на коврик, глядя в потолок.
И заново переживаю произошедшее.
Ощущения жесткого прикосновения твердой подушечки пальца к губам, властного нажатия на горло, собственнического поглаживания места укуса, накладываются на те, что были раньше. Когда он трогал меня на балконе. Когда кусал.
Сжимал настолько сильно, что не было никакой возможности отстраниться.
Боже…
Буквально час назад я была счастлива. Я как-то умудрилась забыть, верней, не забыть, а просто не думать о том, что со мной сделал Сандр! И почему-то считала, что больше этого не повторится!
А это…
Повторится?
Он не намерен останавливаться?
И как далеко он собирается зайти?
И что мне делать-то?
Боже, что делать?
На ужин в семь часов я не спускаюсь.
Елене, пришедшей за мной, коротко говорю, что занята и голова болит, а сама тщательно закрываю дверь и балкон, укладываюсь в кровать и кидаю рядом телефон.
Если он попробует… То я папе наберу. Плевать на все. Наберу и все.
С такими мыслями я и засыпаю.
А ночью поднимается ветер…
Листаем дальше, девочки...
Глава 27
Вой ветра за окном похож на стон раненого животного. Бессильный, полный боли и безнадежности.
Он проникает в мой сон не резко, но так настойчиво и тягостно, что не сразу понимаю, сплю еще или уже нет.
