Не считаю больше тебя мужем!
Я порывисто утерла слезы, волосы назад откинула, на Рому посмотрела, взглядом подтверждая каждое сказанное слово. Пусть видит, что сделал со мной. В кого превратил.
– Мама! – услышала хныканье Евы. Ну вот, еще и ребенка разбудили! Она если не доспит в демоненка превращается. А все он, папочка ее!
– Уходи, – бросила на прощанье, бегом по лестнице поднимаясь. Мне нужно успокоительное. И к врачу. Не знаю. Плохо мне. Руки как у невротика тряслись, а перед глазами пятна прыгали.
– Я без вас не уеду, – услышала тихое, но уверенное.
Да, с Демьяновым, значит, миром не разойдемся…
Глава 21
Роман
Наташа с такой жгучей ненавистью на меня взглянула, что сердце болезненно сжалось. Что же я сделал со своей Княжной? С любимой женщиной? Самым родным человеком? Ближе жены у мужа нет никого, а я уничтожил, изломал ее душу об колено враньем. Нет между нами больше того хрупкого и волшебного, чем дышали каждое утро, просыпаясь в одной постели.
Я отвернулся, дрожащими руками достал пачку сигарет.
Я всегда умел держать себя в руках, контролировать эмоции, побеждать слабости. Курить бросил сразу, как жена забеременела, с легкостью и без ломки. А сейчас всего корежило. Наташа требовала развода, а я не могу. Просто не смогу расстаться с ней. Она столько сказала. Столько горького и болючего, но больше убивало, что считала себя не такой.
Дефектной. Виноватой. Как вообще в голову такое пришло?! Как я мог быть так слеп? Так занят, решая проблемы других людей, не замечая, как больно той, что рядом.
Она все это время хотела подарить мне ребенка: переживала, варилась в этом, себя винила, а я с широко закрытыми глазами жил. Сына ей под бок подсунуть хотел. Да, дело не только в измене. Я даже не предполагал, какую боль Наташка могла испытать от встречи с моим ребенком, но рожденным не ею."
"Как теперь исправлять это? Я не знал. У меня не было запасного плана. Когда ехал, понимал, что не будет как в моих утопических мечтах. Но конкретно только сейчас понял, что никак не будет.
Что Наташа не простит меня такого. Все, что сделало ей больно, отрежет как испорченный ломоть.
Я вышел из дома, прикурил, затянулся глубоко. Давал время ей. И себе. Это не последний разговор. Я не уйду. Мне нужно срочно понять, как действовать дальше. Что предложить Наташе, чтобы решимость расстаться дрогнула. Она любит еще. Пусть чувство покрылось золой и пеплом от боли предательства, но любовь жива, там под темным нечто билось жгучее и яркое.
