Нельзя было так, – он почесал голову и улыбнулся. – Но ты такой шутник, Роман…
– Демьянов, – я пожал его руку. – Полонский. Строительство?
– Ага. «Вершина».
– У меня отчим жены Ольшанский. – и на Ника взглянул. – Жены, понял?
– Знаем, знаем, – хмыкнул Вадим и тоже к Жданову повернулся. – Жена – это святое.
– Мне чужих не нужно, – ровно ответил Жданов. – Своя есть.
– Я так понимаю, у нас тут клуб бывших мужей?
– Я не бывший, – буркнул, утирая рожу. Опять бровь расхерачили. Я опять боевой красавчик.
– Так-то я тоже.
Только меня жена нахер послала. А это очень далеко.
– Знаю. Меня туда же отправили.
Артем с его товарищем трещал о чем-то. Они вроде знакомы оказались. Мы со Ждановым холодными взглядами обменялись. Мало нам приятного разговоры разговаривать.
– Предлагаю выпить по кислородному коктейлю за знакомство, – произнес Вадим.
– Ой, Дым, чё ты как первоклассник. Давайте лучше затусим вечером? Артем, ты как?
Брат хмыкнул и положительно кивнул. Может, реально мальчишник устроить? Не, никаких баб, чисто с мужиками потрындеть, побухать, поплакаться.
Ева сегодня у моей мамы, а Наташа просила дать ей выдохнуть, не давить присутствием.
– Да, Наташ? – ответил сразу, как увидел, что звонит. Все же она прошлую беременность ходила тяжело – я всегда должен быть доступен. – Что случилось?! Где вы?
Глава 41
Наташа
– Улыбнись, как пай-девочка! – крикнула Света-фотограф и усиленно закружила вокруг меня.
У меня сегодня фотосессия для каталога спорттоваров. Я, оказывается, хорошо в них выгляжу.
Чувствовала себя тоже неплохо. Анализы удовлетворительные, но врач приказал покой. Никаких стрессов.
Я стала в очередную позу и поймала взглядом свое отражение. Практически не изменилась, такая же стройная. Скоро это будет не так, и мне понадобится одежда другого кроя. Возможно, пригласят на фотосет для беременных. Хотя вряд ли я подойду. Ситуация у меня не стандартная: ребенок будет, а мужа нет. Для идеальной картинки не подхожу.
Конечно, я думала о Роме.
О том, как радовался моей беременности. О том, что рассказал: у него нет сына. Значит, с этой несчастной овечкой ничего не связывало. О том, что любит меня. Детей наших. Достаточно ли этого, чтобы простить мужа? Наверное, да. А чтобы снова начать верить? Доверять, как себе? С этим сложнее."
"Мне страшно. Не того, что загуляет. Вижу, что Рома сам себя давно наказал. И вся ложь его связана с изменой. Я другого боялась. Кого бы ни родила – я буду счастлива.
