Хазар вложил в это дело чуть ли не все общаковые деньги, большую часть той суммы, что собиралась с репчинской барахолки на протяжении целого года. Без малого сто пятьдесят тысяч долларов ушло в Сингапур. Сумасшедшая цифра по нынешним временам.
Но не зря же репчинский рынок стал настолько лакомым куском, что Хазар не смог его удержать. Пока барахолка еле дышала, никому и дела до нее не было, а когда туда хлынул народ из Москвы и деньги в карман потекли рекой, тут же и братва столичная оживилась. Сначала мелочь всякая пыталась рынок взять, потом появились настоящие акулы.
Хазар не смог устоять, его чуть не убили на последней разборке. Барахолку, правда, отбил Спартак, но подвинуться не желает, сам хочет рулить. Теперь он со своими «спартанцами» держит рынок. А Хазар остался не у дел. Но с деньгами. Вернее, с товаром, в который они обратились.
Деньги общаковые, но претендовать на них могут только Артемон, Ниппель, Данила и Лях. Это все, кто остался у него после последней разборки с варшавской братвой.
Остальные разбежались – нервы не выдержали. А Чуваш до сих пор в больнице, только-только из комы вышел; говорят, на всю жизнь инвалидом останется. Хазар, конечно, будет ему помогать, но долю не отдаст. И дезертиры в пролете. А с Артемоном, Ниппелем, Данилой и Ляхом он разберется. Потом. Когда дело наладится. Когда наймет других людей для охраны бизнеса. Пока же пусть считают себя пайщиками…
А вот от Алика избавиться не выйдет. Слишком уж хорошо он в бизнесе соображает, знает, что и как делать, чтобы механизм «деньги-товар-деньги» работал без сбоев.
Но доля в общем бизнесе у него не самая большая, всего двадцать пять процентов. Так что не он главный, а Хазар. Вернее, Константин Леонидович Хазаров.
– Ты у нас тоже босс, – сказал Хазар, хлопнув Алика по голому плечу.
Они сидели за мраморным столиком перед бассейном в удобных плетеных креслах, пили водку «Абсолют» и закусывали черной икрой. Сегодня у них праздник, и нельзя было не выпить за то, чтобы он продолжался.
Товар на складе, тревоги позади.
– Только ты – маленький босс. А я большой.
– Ты генеральный директор, – кивнул Алик. – А я исполнительный.
Вихрастый, глазастый, жирный, мягкотелый, в драке полный ноль. Такого Хазар в свою бригаду не взял бы. Но бизнес – это совсем другое, здесь своя смелость, боевой дух и пробивная сила. С этим у Алика все в порядке.
– Ну, пусть будет так…
– Знаешь, я тут подумал. Партию можно оптом загнать, а можно в розницу.
