Других вариантов нет и быть, пожалуй, не может. Но гульнуть перед свадьбой – идея, надо сказать, очень соблазнительная. Будет пьянка, будут легкодоступные девочки, красотка в торте, стриптиз, все такое… Вино, водка, коньяк… Коньяк?!
Спартак едва сдержал в себе рвотный позыв. Ну вот, снова вспомнил про пойло и про Жанну, которая его отравила… Возможно, тошноту вызывает не столько коньяк, сколько сама Жанна. Она очень жестоко поступила с ним, и она должна быть наказана.
4Жанна стояла у окна и завороженно смотрела на рубиновые звезды.
В спальне темно, но свет над Кремлем вливался в комнату, и Хазар мог любоваться наготой своей жены. Она все еще восхищалась видом из окна, а он до сих пор в полном восторге от нее самой.
Жанна и собой дьявольски хороша, и удачу приносит. Она отправила в мир иной Спартака, а он смог захватить репчинский рынок. И «спартанцев» разогнал, и Носорога на место поставил. Это ли не успех? И не Жанне ли он этим обязан?..
Хазар мог бы обмыть удачу где-нибудь в сауне с Артемоном и Данилой.
Но нет, вернулся домой, чтобы отпраздновать успех со своей молодой женой. Был и ужин при свечах, и бурные излияния на супружеском ложе. Но сейчас тихо и спокойно.
– Что ты там видишь? – спросил он, вынув из пачки сигарету.
– Будущее.
– И что там?
– Все хорошо."
"– А ничего другого там и быть не может… Мы с тобой далеко пойдем, детка. Рынок нам столько денег принесет, что лопат не хватит их сгрести…
– Нам?
– Ну, а кому?
– Спартак на себя не очень тратился.
Общак, общак…
– Мой общак – это мой кошелек…
– Ты купишь мне новую машину? – перебила его Жанна.
– Э-э… Какую?
– Я бы хотела «Порше».
– Ну, можно…
– Ты точно не Спартак. Ты гораздо лучше! – просияла она.
– Тебе с механикой или автомат?
– Автомат, конечно, предпочтительней.
– Да, но с механикой женщина смотрится лучше.
– Почему?
– Рычаг туда-сюда, туда-сюда… Приятно смотреть. А еще лучше, чувствовать…
Жанна все поняла, вернулась в постель, но не успела переключить скорость, как в комнате вдруг запахло жареным.
Причем в прямом смысле. Такое впечатление, что за дверью смолили поросенка. А может, и человека, паяльной лампой…
– Что за черт?
Чем ближе к двери, тем сильней запах. А из замочной скважины и вовсе валил дым.
Защипнув пальцами нос, Хазар прильнул к глазку. Дымно за дверью, но на площадке пусто – никто никого не жарит. И все-таки, прежде чем открыть дверь, он взялся за пистолет.
О чем очень скоро пожалел.
