Пока она все еще на больничном и на работу ходить не будет. В доме нас встретила няня, которую я вернул, чтобы та помогала Лине, потому что состояние и вид у неё были не самые лучшие. Вечером приедет её отец и тоже какое-то время побудет с ней. Я привезу детей, конечно, с ними ей будет легче пережить беду. Но я не уверен, что она сможет смотреть сейчас за ними должным образом.
— Как ты? — спросил я её, наблюдая, как она устраивается на диване и натягивает плед до самой шеи.
Молча отвернулась и свернулась котёнком.
Ну вот... Депрессия Лины шла полным ходом.
Я прошёл к дивану. Присел рядом с ней и мягко положил ладонь на её бедро. Она вздрогнула и напряглась, но не стала сбрасывать с себя мои пальцы.
— Лина, так нельзя, — сказал я ей. — Тебе сейчас плохо. Я это понимаю. Мне тоже плохо. Но нам надо взять себя в руки. Жизнь продолжается.
— Конечно. Не ты же потерял ребёнка! — кинула она мне.
— И я тоже, — терпеливо отозвался я, хоть и слушать это было очень обидно. — Это и мой малыш, такой же, как и твой.
— Ты не верил, что он твой.
— Мы уже об этом говорили, — напомнил я ей. Она колола меня специально. Потому что ей больно. — Я давно изменил своё мнение. И о тебе, и о нём.
— Изменил ли?
— Да. Я много думал об этом всём... Я был к тебе чертовски несправедлив. А этот ребёнок... Я тоже его хотел. Я давно хотел попросить у тебя еще малыша. Третьего. Я был рад, когда понял, что ты беременна.
— Я заметила, — ответила она с сарказмом.
— Ситуация, правда, паршивая вышла, не располагала к этому.
Я не сказал этого вслух.
— И вообще решил, что ребёнок не твой.
— Но потом я поверил тебе – еще до того, как правда раскрылась. Не казни меня, Лина. И не ставь под сомнения мои слова.
Она резко села на диване и устремила на меня горящий взгляд карих глаз.
— Так же, как сделал это ты? — сказала она.
— Да, — кивнул я, вздыхая. — Как сделал я. Но я снова прошу у тебя прощения. Поверь, я сам себя уже тоже наказал. Я всё понял.
— Это неприятно, правда?
— Неприятно. И очень больно. Я представляю, каково было тебе.
..
— Правда представляешь?
— Правда, — твёрдо ответил я, игнорируя её ядовитый тон. Она специально меня жалит, и я это заслужил. — Я готов учесть ошибки и попробовать заново. Лина.
Я взял её ладони в свои.
— Давай попробуем снова.
Какое-то время она молчала. Потом я увидел в её глазах слёзы, губы Лина закусила.
— Нет, — медленно помотала она головой, и я ощутил, как вдруг задрожали мои руки.
Она не хочет. Она говорит мне ""нет"".
