– Там омерзительная обезьяна! С голым задом и неприличным жестом! Вы показывали другую картинку в каталоге.
– Жалюзи продаются на метры, – зачастил Жаба, – в одном рулоне их двадцать. Он режется как режется. Я отмерил нужное количество и отчикал его.
– Я заказала другой рисунок! – заорала я.
– Интересное кино! – возмутился парень. – Я что, должен развернуть всю упаковку, найти понравившееся вам и вырезать? А остатки куда дену? Если хотели с подбором, надо было об этом сказать и купить весь ролик. Делайте тогда с ним что вам вздумается.
Он ваш.
– Обманщик, – закричала Краузе, – мы напишем жалобу.
– Пожалуйста, – не испугался парень, – хозяйка договор подписала. Там указано, что рисунок варьируется. Претензии направляйте по адресу, который указан на двадцать пятой странице.
– Мало тебе не покажется, – пригрозила Роза Леопольдовна.
Я отсоединилась и опять уставилась на павиана. Краузе схватила договор, перелистала его и взвизгнула.
– Острова Красного архипелага!
Я потрясла головой.
– Роза Леопольдовна! Успокойтесь.
Краузе сунула мне под нос страницу.
– Адрес, по которому надо отправлять жалобу!
Я взяла страницу. «Если у вас возникнут претензии, то адресуйте их в головной офис фирмы по почте. Острова Красного архипелага, дом один. Или на адрес: „Ostrova Kracnogo arhipelaga.com“. Ваше мнение очень важно для нас. Вам непременно ответят. Мы заботимся о комфорте наших клиентов. Срок рассмотрения жалобы пятьсот шестьдесят девять дней с момента ее получения головным офисом.
Если вы по истечении данного срока не получите официального ответа, направьте нам жалобу на неполучение официального ответа. Срок ответа на жалобу неполученного официального ответа составляет семьсот дней с момента ее получения головным офисом. Виновные в неответе вам сотрудники будут строго наказаны. Мы работаем для вас. Мы любим вас».
Я положила договор на стол. Слов, чтобы отреагировать на этот текст, не нашлось. Таких выражений еще не придумали.
– И что теперь делать? – растерялась Краузе.
– Где находятся острова Красного архипелага?
– У меня географический кретинизм, – призналась я, – не знаю. Но думаю, что где-то очень далеко. За Кондибрасом.
– А где Кондибрас? – жалобно осведомилась няня.
– Понятия не имею, – отмахнулась я, – просто вспомнила сейчас, как моя классная говорила: «Романова, перестань болтать на уроках. Ты не на краю света учишься, не в Кондибрасе живешь, а в Москве».
Няня сдвинула брови.
