Савва галантно помогает мне выйти, и я снова ощущаю это: искрящееся теплое чувство, расцветающее в груди. Счастье. Сейчас все именно так, как я всегда и хотела: рядом со мной мужчина, которым я восхищаюсь, и он готов разделить со мной мои успехи.
31
«Сколько сейчас времени?» — лениво вопрошает мозг сквозь комфортную утреннюю дрему, пока ладонь машинально нащупывает мобильный под подушкой. Еще только половина шестого утра. Может, правду говорят, что счастливым людям нужно меньше времени на сон?
Я осторожно переворачиваюсь и упираюсь взглядом в спящего Савву.
Я снова в его доме, в его постели — ночую здесь четвертый раз подряд. Наши отношения развиваются столь стремительно, что порой это даже пугает. Каждый день он встречает меня с работы, и мы едем ужинать в какое-нибудь модное место, а после — к нему домой, где большую часть времени проводим, разговаривая и занимаясь сексом. В свою квартиру я заглядываю лишь на полчаса перед работой, и то лишь для того, чтобы переодеться.
Я чувствую себя по-девичьи счастливой, каждый раз когда одна из трех машин Саввы останавливается рядом со входом в мой офис, и одновременно не могу избавиться от приглушенного беспокойства, особенно часто посещающего меня посреди рабочего дня.
Не слишком ли быстро у нас все происходит? Не теряю ли я себя? Что будет, когда яркий период новизны себя изживет? Я пока по-прежнему не способна представить рутинный быт рядом с такой неординарной личностью как Савва.
— Ты сегодня рано, — слышится охрипший шепот, и в ту же секунду ладонь Саввы прижимает меня к себе.
Прикосновение горячего тела обжигает кожу и промежность вспышкой огня. Я знаю, что за этим последует: Савва перевернет меня на живот или ляжет сверху, ну или это я буду сверху. У нас с ним все так или иначе заканчивается сексом: будь то разговор о расцвете хейта в интернете, или поздний кофе на кухне, или утренний душ. Возможно, меня должна пугать столь сильная физиологическая привязанность в наших отношениях, и то, что я начинаю ощущать зависимость от нее, но ничего менять мне пока не хочется.
Сейчас я жадно наверстываю дни былой «замороженности».
Мягко уклонившись от настойчивости губ, я прижимаюсь поцелуем к шее Саввы. На ней так много его утреннего дразнящего запаха, распаляющего желание. Постель с ним — это отдельный мир, в котором теряются время, голод, жажда, мысли. В ней достаточно его одного и того, что он может мне дать своим телом и прикосновениями.
