Кто-то бы сказал, что Савва смотрит в камеру, и ошибся бы. Я знаю этот взгляд, знаю это выражение. Они принадлежат мне.
Ты чувствуешь меня? Знаю, ты не обязан, но всё же... Можешь ли ты чувствовать меня после всего или окончательно уничтожил в себе эту способность?
— Вина, — его губ касается едва заметная улыбка, взгляд мерцает. — Не нужно. Я тебя прощаю.
Они пытаются спрашивать его ещё, но он отворачивается, и вопросы продолжают лететь ему в спину. Глупые бестактные люди. Вам просто повезло, что на него надеты наручники.
Суд приговорил Савву к шести годам заключения в колонии общего режима. Психиатрическая экспертиза не подтвердила наличие у него психического заболевания, которое могло бы стать основанием для смягчения приговора.
Диктор переключается на тему природных катаклизмов, и мне больше нет нужды пытаться разглядеть экран сквозь глухую завесу слёз. Опустив голову, я беззвучно трясусь от острых прострелов в теле. Боль разносит по крови свои метастазы. Теперь официально: мне нужно учиться жить без него.
60
Десять месяцев спустя
— Портофино? А в ресторане на старой вилле ты бывала? Это в Рапалло, — Костя крутит в пальцах бокал с вином, но ко рту не подносит — ждет моего ответа. Ему действительно интересно то, что я скажу.
— Много о нем слышала, но сама ни разу не добралась. Так как там? И правда настолько сногсшибательная кухня, как все говорят?
Я отпиваю вино и быстро возвращаю фужер на стол. Мой вопрос — не праздное любопытство.
Во-первых, в свой запланированный августовский отпуск я собираюсь лететь с родителями в Портофино, а во-вторых, мне тоже хочется знать мнение Кости.
Ему тридцать два, преуспевающий юрист. Закончил престижный европейский университет, до неприличия хорош собой. Мы встречаемся почти полтора месяца, и Костя сам назначает свидания.
Познакомились мы случайно: столкнулись в коридоре моего офиса. Я выронила сумку, а он помог мне ее поднять. Только на этот раз я посмотрела. Теперь я часто смотрю по сторонам.
— Ты знаешь, мне понравилось. Классическая средиземноморская кухня без лишних модерновых наворотов. Шикарный вид. Закуски, десерты — выше всяких похвал. Но лучшая паста все же в La Gritta.
Костя отрывает бокал от скатерти и тянет его мне.
— За вечер и за тебя, Мирра. Смотреть — не налюбоваться.
Мне нравится, как он говорит комплименты: честно и без пафоса. И что его взгляд не отпускает меня даже тогда, когда он отпивает вино.
