– К нему можно?
– Думаю, к вечеру только, – нехотя согласился доктор.
Лада внимательно слушала разговор профессора с семьей. Сейчас она уже знала, при каких обстоятельствах пострадал Богдан. Он сел в машину Тимофея. Выходит, должен был пострадать именно он, а не брат.
Эта мысль заставила Ладу всхлипнуть. Нет, разумеется, она ни капли не радовалась, что вместо Тима пострадал Богдан. Нет! Просто Услада и представить не могла, даже на секунду, что было бы, пострадай Тим. Она бы умерла, наверное.
Она любит брата.
Это даже не обсуждается. Однако... Лада испытывала толику облегчения, что в машине находился не Тимофей.
И ненавидела себя за это чувство. Так нельзя. Так неправильно. Так...
Лада с силой сжала ладонями лицо. Господи! Да вообще никто не должен был пострадать!
Это все чертов показ. Она ведь не хотела! Не собиралась! Зачем все это, если ее близкие страдают?! Сначала Тим, теперь Богдан.
– Боже мой, это все я... я виновата, – негромко прошептала Лада.
– Глупости, девочка моя, – твердо произнес ей на ухо Тимофей и сел, устроив ее на своих коленях, – все виновные наказаны.
Это просто несчастный случай.
– Если бы не я с этим чертовым показом! – всхлипывала Лада.
– Что за глупости! – твердо возразил отец. – Так, Тима, увози ее отсюда. Богдану слезы не помогут. До вечера мы с Сабиной побудем здесь, а после решим, кто нас сменит. Ясно?
Семья закивала. Глеб Алексеевич был прав, такая толпа никому не делает лучше. Наоборот, только медперсонал нервируют. Опять же, охраны в клинике хватает.
Архипов уже распорядился по этому поводу и договорился с руководством больницы.
– Дядь Глеб, можно я тоже останусь? – негромкий голос заставил всех посмотреть на девушку, которая сидела в кресле, точно мышка. Не плакала. Но бледные щеки выдавали ее эмоции, как и потухший взгляд.
– Ты уверена, Майя? – полюбопытствовал Марк Архипов у дочери, а та лишь утвердительно кивнула.
– Да, я буду держать всех в курсе, – твердо ответила девушка и встретила тяжелый взгляд Влада Романовича Архипова, – я правда хочу остаться.
Для меня это важно.
Родня не стала спорить. И потом, сложно возражать, когда решение уже принято. И все понимали, что помочь пока не могут. Оставалось лишь ждать.
***
– Я понимаю, что не время, Услада моя, – заговорил Тимофей, когда они с Ладой устроились в машине на заднем сиденье. И охрана в соседнем автомобиле. Впрочем, охрана теперь сопровождала каждого члена семейства Архиповых и Широковых. И никто не спорил с таким изменением.
