В отличие от меня.
— И ты ее больше не видел… — пробормотала я, размышляя.
— Видел. Один раз, — как-то неохотно признался вдруг Проша. — Правда, это была уже не совсем она…
Я встрепенулась.
— Ого! Расскажи!
И он рассказал.
После ухода хозяйки коловертыш не покинул город. Он просто вернулся домой. Расположение ловушек он знал, да и привратник его не трогал, так как считал за своего. Еще бы! Ведь при организации защиты ведьма не могла не включить в расчеты единственного слугу. Шли недели и месяцы. Постепенно Проша привык жить один.
Он даже стал подумывать, что неплохо бы сделать ремонт и избавиться от большинства хозяйкиных вещей, когда случилось это.
Однажды он проснулся от странной тревоги. Ему почудилось, будто в отдалении скрипнула дверь. Он некоторое время лежал на хозяйкиной кровати (которую присвоил после ее ухода) и напряженно прислушивался. Ничего необычного, разве что в печной трубе иногда привычно завывал ветер. Постепенно Проша успокоился и совсем было собрался уснуть, но тут в глубине дома что-то глухо стукнуло.
Мохнатому Проше вдруг стало холодно. Он сел на кровати и уставился в стену, размышляя, как ему следует поступить. По-хорошему, надо бы сходить и проверить, есть ли там кто-нибудь. Но… а вдруг есть? Появление незваных гостей в доме с такой охраной пугает до невозможности! Да здесь даже мыши не водятся! Слепой ужас гонит их прочь! Нет-нет, наверняка там никого нет. Просто что-то случайно состукало… Проша уже почти убедил себя сходить и проверить, как вдруг раздались отчетливые шаги.
— Пушисти-и-ик…
Звук знакомого голоса заставил коловертыша застыть. Нет, он почувствовал не радость. Наоборот. Внутреннее чутье подсказывало ему — надо бежать! И как можно быстрее! Не возникло даже мысли, вроде: «А может, она просто вернулась? Может, все наладилось?»
Шаги приближались. Все, на что хватило Прошиного самообладания, — это за секунду до того, как повернулась ручка двери, шмыгнуть за шкаф и тонким слоем размазаться по стене. Впоследствии он только диву давался, как ему удалось так удачно подобрать убежище.
Ведь если бы он спрятался внутрь шкафа или под кровать… Впрочем, не буду забегать вперед.
— Пушисти-и-ик…
И вроде голос был ее, но что-то все же изменилось. Вот только до смерти напуганный Проша никак не мог понять, что именно.
Дверь открылась. Вошла она. Коловертыш хорошо видел ее из своего убежища. Она изменилась. Уходила юная особа лет восемнадцати на вид, а вернулась пожилая женщина.
