– Болит что-нибудь?
– Нет, все нормально.
Крамер кивнул.
– Хорошо.
– А если бы болело, то тогда в пыточной Коле назначили бы более серьезное наказание? – я фыркнула.
– Если бы болело, то в первую очередь мы бы поехали в больницу, а потом домой. А Колю так и так ждет перед попаданием в тюрьму такое серьезное наказание, что чего-то добавлять смысла нет.
Напряглась. Нет, из-за Николая. Насчет “домой”.
– Давид, мне нужно кое-что тебе сказать.
– Говори.
Глубоко вздохнула. Как же решиться?
– У меня задержка и тесты показывают вероятную беременность.
Не знаю, какую реакцию я ждала, но на лице Крамера удивления точно не отразилось. В машине мы пока одни, еще никуда не едем, и пора решить направления, в котором будем двигаться.
Давид широко улыбнулся и обнял меня.
– Замечательно. Я в общем-то догадывался.
Дышать, дышать, держаться. Изобью Крамера попозже.
– А как такое могло случиться, если ты вроде как предохранялся, да и я тоже?
Улыбка Давида стала еще шире (хотя куда уже шире-то) и наглее.
– Предохранения в принципе не было. Ни с моей, ни с твоей стороны.
Тело отреагировало быстро. Почти удалось влепить Камеру прщечину, но он успел руку поймать и поцеловать ладонь прежде, чем я сжала руку в кулак.
Силы для дальнейшего разговора нахожу в себе с трудом, но надо выяснить все до конца.
– Но как, если я пила таблетки?
– В тот же вечер, когда ты их купила, пока мы с тобой гуляли во дворе, мои специалисты приобрели такие же средства, подобрали примерно аналогичные по форме витамины, чтобы совпадали по объему с ячейками пачек с контрацептивами, аккуратно их вскрыли и заменили их витаминами для тех, кто готовится к беременности, а не защищается от нее.
Скажу сразу, задача была непростая – сделать так, чтобы нарушенная целостность упаковки была незаметна."
"Теперь по щекам текут злые горючие слезы.
– За что вы со мной так? Что плохого я вам сделала?
Крамер посмотрел на меня очень строго.
– Лис, не впадай в истерику. К слову, я и поводов для нее не вижу.
Ничего плохого не случилось. Наоборот.
Углу, посмотрела бы я на Давида, если бы с ним кто-то повернул подобное, и куда бы он впал после этого.
– И что теперь, вы хотите отдать ребенка, когда тот родиться, своему отцу? – спросила я мертвым голосом.
ГЛАВА 41
Крамер смотрит на меня, как на неразумное дитя, где-то даже с умилением.
– Конечно, нет, Василиса. Никаких наших детей отец не получит.
Насторожилась еще больше.
