– Что-то случилось, Влад? Ты на себя не похож.
– Просто задумался, – отмахнулся Казаринов. – Так что ты хотела? – осведомился он, надеясь, что Элка предложит что-то интересное.
– На следующей неделе Кристине сорок дней, – осторожно начала она."
"– И за это время мне столько дерьма на голову вылилось, что, будь она жива, я бы придушил ее собственноручно. Тварь! Какой же мразью оказалась моя любимая сестричка! За одно то, что она сделала с нами, гореть ей в аду.
– Кристина внесла свою лепту, – пробормотала Элла. – Но мы сами тоже постарались.
Ты отправил мой номер в черный список и даже не удосужился поговорить, а я поверила ей, хотя знала, что она врет, как дышит.
– Поминать я ее точно не собираюсь, – скривился Влад, про себя решив выкинуть из бара в кабинете все спиртное.
– А я думала, что можно использовать такую дату, как повод. Позвать девчонок куда-нибудь в кафе. Я могу позвонить Люде Стрюковой. И тебе удобнее поговорить с ними в одном месте. Не думаю, что многие придут. Но те девочки, которые у нее тренировались и упоминаются в записях, скорее всего, появятся.
– Отличный план, Эллочка, – пробормотал Влад и вместе с Антошкой на руках шагнул к ней, притянул к себе. Элла не стала вырываться, положила голову ему на плечо, погладила ребенка по спинке.
Казаринов поймал себя на мысли, что вот так, прижимая к груди сына и его мать, готов простоять вечность.
«Кристина, Кристина, что же ты наделала, сестричка моя! Зачем разлучила нас? И как мне теперь все поправить? Как вдохнуть в Элку веру, что я никуда не денусь? Как? Вразуми, Господи!»
Кафе для поминок по рекомендации Цесаркина Влад выбрал в Тарнаусе.
– У них и ценник приятный, и кухня отличная, – поделился Денис. – И хозяин наш с Нинулей сосед. Нормальный мужик. Мы там недавно Ромкин день рождения отмечали, так Мишке он тридцать процентов сбросил.
– Вашему Гоше Казамирскому тут все угодить рады. Звезда! Гордая и самовлюбленная…
– Да ну, – отмахнулся Цесаркин. – Он просто привык с людьми выборочно общаться. Сам будто за тремя сферами живет.
– Это как? – изумился Влад. – Башка нагрелась от парникового эффекта?
– Не-а, – рассмеялся Денис. – Вот представь три сферы, одна над другой, а внутри самой маленькой находится человек. И все, кого он впустил в первую, его близкие и родные. Он для них в лепешку расшибется. Во второй, чуть побольше, друзья-приятели. Тут он душа компании и хороший друг, что в беде не бросит. В третьей – остальной круг общения. Тут уже идет принцип «ты – мне, я – тебе».
