– Ты с работы до шести ушел, что ли?
– Нет, я… – принялся оправдываться Чижов и даже наморщил и без того крупный морщинистый лоб. – Я ушел вовремя, только доехал быстро, без пробок.
Элла почувствовала, как ее накрывает гнев. «Вот еще новости, – раздраженно подумала она. – Сам притащился без приглашения, да еще моим друзьям замечания делает».
– Вот, – Элла поставила перед Казариновым тарелку. – Ешь и выметайся, – предупредила она глухо.
– Только я? – изумился Влад.
– Нет, Гарик уже собирался уходить, – напомнила Элка, скосив взгляд на сокурсника.
– Тогда пока, – махнул ему рукой Казаринов. – Иди, Гарик, первым, чтобы в прихожей не толочься. Погостил – и достаточно.
– Вместе с вами, Владислав Алексеевич, – упрямо отказался Чижов.
«Ну и дура-а-ак ты, Игорь», – печально подумала Элла, но ничего не сказала.
– А я медленно ем, – рыкнул Влад. – Может, только к завтраку управлюсь. А ты время потеряешь, Игорек.
– Я лучше пойду, Элла, – с достоинством пренебрег шефом Чижов и вышел в коридор. Элла потрусила за ним.
– Элла, мне нужно… – потребовал внимания к себе Влад. Но она, казалось, не услышала, а вернувшись на кухню, бросила мимоходом: – Я не собираюсь ничего обсуждать с тобой. Уходи и больше не возвращайся.
– Мне нужно…
– Меня это не касается, Влад, – резко откликнулась Элла. – Я попросила тебя уйти.
– Хорошо, – пробурчал Казаринов. – Только сначала доем.
Он щелкнул пультом телевизора и, оглядевшись по сторонам, удивленно поинтересовался:
– Элла, а где Джон?
– Антошку сторожит, – через силу улыбнулась она и добавила едко: – Позвать, чтобы вышел проводить?
– Это лишнее, – бросил Казаринов и принялся есть.
Медленно. Очень медленно.
Элла развернулась и ушла к сыну.
– Что на тебя сегодня нашло? – поинтересовался Влад, позже заходя в комнату.
Он поел и даже вымыл за собой посуду. Элла сидела в кресле-качалке с ребенком и что-то тихо ему напевала, а в ногах примостился Джон.
Пес поднял голову и зарычал угрожающе.
– Я помешал свиданию? – в тон ему осведомился Казаринов. – Мне ты велишь не приезжать, а когда я случайно к тебе попадаю, то тут уже вовсю чирикает Чижик.
Дружок твой.
Элла вздохнула и, посадив сына в манеж, бросила устало:
– Ничему ты не помешал, иначе бы я просто дверь не открыла. Мне неприятны твои подозрения и ты сам тоже.
– А вчера ты пела по-другому, – ухмыльнулся он. – И стонала… Как же ты стонала, Элка!
– Влад, – шикнула она. – Я не шучу.
– Мне нужна твоя помощь, – радостно сообщил он. – Люду Стрюкову я уже нашел.
