– На развязке с круговым движением поверните налево, – попросила механическая женщина, но Влад увидел поворот слишком поздно, а там уже съехать на нужную развилку не получилось, пришлось нестись по трассе до самого Тарнауса. Казаринов собрался развернуться и поехать обратно в город, но неведомая сила повела его Крузак вглубь поселка и остановила рядом со знакомой калиткой. Он с изумлением воззрился на тьму, укутавшую видневшуюся часть двора.
«Нужно ехать к себе на Миусскую, – в сердцах подумал Влад, но уезжать не хотелось.
Он усилием воли удержал себя от того, чтобы снова не вломиться к Элке. – Но дважды за один день… это слишком даже для меня», – усмехнулся он про себя и, положив руки на колени, откинулся в кресле.
«Что теперь с этим делать? – размышлял Казаринов, уныло глядя на тусклый фонарь, висевший как раз около калитки Нининых родителей. – За один день столько новостей. Тут бы одну переварить. Не удивлюсь, если выяснится, что сестры и мать третировали Лизу.
Не могла же она вот так просто бросить меня? А еще сын и Элла. Как вести себя с ребенком, еще понятно, а вот его мама? Как быть с ней? Жениться, чтобы Антошка рос в полной семье? Или лучше навещать? Тут Элла права. Жить вместе с нелюбимым человеком – та еще каторга. Может, и не стоит мучить себя ради ребенка. Все равно вырастет, не поблагодарит. А жизнь, единственная и неповторимая, из яркого приключения превратится в рутину. Хотя с Элкой трахаться прикольно.
Такая податливая и нежная». Влад вспомнил, как занимался любовью с Лизой, и тяжело вздохнул. Утонченная и изысканная любовница не любила эксперименты и считала самым важным собственное удовольствие, нимало не заботясь о партнере. На фоне Элки, бескорыстно дарящей любовь, Лиза казалась эгоисткой.
«Можно на одной жениться, а к другой приезжать время от времени. Да и Антошка – отличное алиби!» – Казаринов тяжело вздохнул, все еще не понимая, почему сидит под калиткой в Тарнаусе.
Он через силу поставил ногу на газ и завел двигатель.
Часы, мигающие синими цифрами, показывали половину первого ночи.
«Езжай домой спать», – велел сам себе Влад.
За своими глупыми размышлениями он не заметил, как на первом этаже дома напротив колыхнулась занавеска.
Мать Нины Тарантуль с сомнением посмотрела на часы, потом снова на большую черную машину, припаркованную около соседей, и решительно сняла трубку.
