Стражники при виде меня бледнели: я же «божество»!!! Самое «натуральное!!! Воплощение их легенд и мифов… Знать почтительно кланялась, Нешуллам откровенно обожал, не скрывая своих восторженных взглядов…
Я была раздражена. Мне не нравилось быть их «богом». Но я не знала точной воли Творца Судеб, поэтому просто выжидала.
А потом поползли слухи: безумные, отвратительные, усугубившие еще больше мои терзания. Кто-то видел, как император целовал мою руку, стоя передо мной на коленях. Это могли быть слуги, а может и шпионы, но, в итоге, Марашех содрогнулась от вести, что правитель вступил в любовные отношения с мифическим «божеством», то есть со мной!"
"Я от злости разбила драгоценную вазу в своей комнате.
Быть марионеткой в чужих руках и устах было отвратительно! А император, похоже, ничуть слухам не смутился. Подозреваю, что он был даже рад: настолько он обезумел в своих чувствах ко мне!
Я упала на колени и начала звать Ангела, но он снова не пришел. Это означало, что мне не о чем переживать?
А вот теперь – делегация из Империи Ран! Меня обдало стыдом: вельможи моей родины очень быстро узнают о немыслимом «романе» императора Нешуллама с Шехтаном, и это пронесется по всему миру.
Утешало только одно: я надеялась в ближайшее время все-таки покинуть Марашех и снова стать простым парнем Арианом, а может даже и Арианной, в конце концов…
Встречать послов моей родины меня пригласили наравне со знатью Марашеха. Нешуллам подготовил торжественный зал, позаботился о банкете. Мне идти не хотелось. Я просто отказалась явиться, но сама переоделась в одежду слуги и покинула свои покои.
Я должна была проверить, кого именно прислала Империя Ран на переговоры с северянами. Мое предчувствие подсказывало, что все может оказаться весьма непросто, и оно меня не обмануло.
Когда я заглянула на банкет, прячась за большим подносом с напитками, меня тут же обдало ужасом: во главе делегации сидел…. Рафаэль! Его серебристое одеяние и величественная осанка бросались в глаза, а бесстрастное красивое лицо выигрышно выделялось даже на фоне симпатичного императора Нешуллама.
Меня начали толкать сзади, потому что я загородила проход для вереницы слуг, и мне пришлось невольно пройти вперед. Пряча лицо за чашами, я начала обходить зал по периметру, ища возможность избавиться от подноса и где-то, спрятавшись, отойти от шока.
Наконец, я всунула посуду в руку замешкавшейся служанке, а сама быстро юркнула за широкую колонну.
Мое сердце безумно колотилось, мысли путались.
