Вы самая удивительная женщина, которую мне доводилось встречать!
Я просто не знаю, что ему ответить. В этот момент кажется совершенно глупым и неуместным отрицать свой истинный пол. Даже не знаю как, но Император Нешуллам увидел меня настоящую. Как Рафаэль слеп в сравнении с ним! Меня неожиданно захватывает досада, так что я снова не могу подобрать никаких оправданий.
- Ваше Величество! – наконец, устало проговорила я. – Простите, но я не могу ответить на эти чувства.
Он ничуть не огорчился. Он был к этому готов.
Был рад, что я хотя бы не уничтожила его на месте.
Я попрощалась с ним и поспешила прочь из сада. Вдогонку Император крикнул мне:
- Я сделаю для вас все, что вы захотите!!!
Все, что я захочу? Боюсь, этого мне не может дать даже Творец Судеб! Я хочу… подальше от всей этой жизни!..
* * *
Делегация из Империи Ран! Известие об этом огорошило меня своей неожиданностью.
Я находилась в Марашех уже больше месяца. Меня торжественно представили народу, знати, закрепив статус божества.
Я была против, но меня никто не спрашивал. Я даже не знала, что об этом собираются трубить на всю вселенную, но…
Когда я стояла на постаменте посреди огромной площади, и на меня взирали тысячи верноподданных империи Марашех, прозвучали эти слова: «Великий и прославленный божественный Шехтан - бог милосердия и сострадания! Снизошел к простым смертным и пришел спасти нас! Слава тебе, о великий!!!».
Толпа загудела, начала скандировать громкое «слава» … Мне стало неприятно, словно меня просто насильно использовали в какой-то политической игре.
Кто устроил это представление? Нешуллам? Так сильно сходит по мне с ума? Или это Вдовствующая Императрица с ее туманными планами относительно меня?
Однако с усилением криков на меня начали обрушиваться все более сильные ментальные волны человеческих эмоций: чужой восторг, благодарность и даже искреннее благоговение. Золотой поток непроизвольно зазолотился на пальцах, почувствовал некоторое единение с теми, кого он исцелял.
Наверное, здесь множество тех спасенных, которых мой дар вызволил из мрака неминуемой смерти… Я немного расслабилась, прикоснувшись к людским сердцам, хотя все равно ощущала дискомфорт от своей мнимой «божественности» …
Теперь я имела неизменный почет, власть и еще больший страх окружающих людей.
