Нужно как можно скорее озаботиться доступом к разнообразным продуктам.
Сразу вспомнился фильм из далекого прошлого. Там была старая ведьма, сгорбившаяся, лохматая, с крючковатым носом и дряблой кожей – один в один матриарх этой семьи.
Мужчины уважительно покивали. Буба подхватила вой старухи, самые маленькие дети присоединились. Шум стоял невообразимый.
Елена Николаевна опасливо на все это поглядела, размышляя, выгонят ее или нет.
– С нами, – через некоторое время сказал Брох, накидывая на плечи шкуру-плащ. Он, как и остальные мужчины, даже не думал успокаивать женщин или как-то пресекать их поведение.
Буба от его слов и действий едва не начала кататься по полу в бессильной ярости. В какой-то момент она застыла, а потом, плюнув в сторону Елены Николаевны, умчалась к костру, всем своим видом давая понять, что умывает руки.
Выходить наружу на мороз совсем не хотелось. Неужели мужчины не могли найти тело зверя самостоятельно? Или они опасались, что она солгала?
Наверное, дело было именно в этом.
Вздохнув, она кивнула и стала ждать, пока соберутся остальные.
Спустя некоторое время группа выскользнула наружу. Теплее там за последние минуты не стало. Плотнее закутавшись в шкуру, Елена Николаевна уныло поплелась за остальными.
Туша была на месте. Мужчины, увидев ее, на пару мгновений застыли с удивлением и опасением на лицах. Позже Елена Николаевна ловила подобные взгляды на себе.
Сама она в этот момент тоже смотрела раскрытыми глазами на зверя и все равно не верила, что вышла из этой схватки живой.
Это была поистине та редкая удача, которая случается лишь раз, от силы пару раз в жизни.
Надолго задерживаться мужчины не стали. Двое подхватили тушу и поволокли в сторону пещеры. Остальные собрали брошенный с прошлого раза хворост. Ломать еще никто не хотел. События дня явно выбили всех из колеи. А Елена Николаевна просто замерзла.
Как только отряд вернулся в пещеру, женщины сразу засуетились, будто забыли, что именно ненавистная Даха убила зверя.
Видимо, вражда враждой, а еда – это другое.
Фыркнув, Елена Николаевна поежилась и направилась в сторону своего угла.
Она собиралась проверить вещи, а потом сесть поближе к костру, чтобы согреть промерзшее до костей тело.
Добравшись до места, она застыла, глядя на пустой угол, а потом гневно оскалилась и резко развернулась.
Глава 7
Взгляд Елены Николаевны устремился к месту, где, заботливо накрытые шкурой, лежали вещи Бубы.
О, она не сомневалась, что к пропаже причастна именно эта женщина.
