Если говорить прямо, то Медведю, после стольких месяцев, прожитых с аккуратной и чистоплотной Леной, смотреть на нечесаную и покрытую грязью женщину было откровенно неприятно.
И никакая красота не спасала.
– У меня есть жена, – после долгого хмурого молчания произнес Медведь.
Старики, стоящие позади мявшейся от страха женщины, встрепенулись.
– Можно две, – мгновенно заверил Медведя один из старейшин.
Именно ему идея двоеженства понравилась больше всего. Старик вспоминал свою молодость и очень горевал, что в то время никто не додумался до подобного.
– Можно? – удивился Медведь. Он никогда не слышал, чтобы подобная практика существовала в племенах. Хотя из памяти Ивейна он знал, что такое положение вещей действительно бывает.
Вот только это не значило, что он собирался делать что-то похожее.
Скосив взгляд, он заметил, как перекосилось лицо Елены."
"Да, что-то подсказывало, что его жена никогда не примет такого порядка. А он слишком любил и дорожил ею, чтобы причинять подобную боль.
Елена Николаевна хмуро глянула на мужа.
Всем своим видом она давала понять, что открутит ему что-нибудь очень ценное, если он только подумает о такой возможности.
Судя по тому, как быстро Миша отвел взгляд, мыслеобраз был успешно передан прямо в его мозг.
– Да, да, – закивал старик, подумав, что могучий дух все-таки заинтересовался предложением.
– Не нужно, – резко отказался Медведь. Его сейчас все полностью устраивало. Связываться с еще одной женой он точно не собирался. – Не хочу.
Старейшина, только что сияющий, как первый снег на солнце, поник.
Как это не хочет? Что он за мужчина такой, раз не хочет иметь рядом еще одну красавицу?
А может, пришла страшная догадка старику, духи вовсе не желают людских женщин, вступая в связь только с подобными себе существами? Жена-то тоже на нормального человека не слишком похожа.
А ведь действительно!
Медведь с детства был каким-то не таким – слишком молчаливый, людей сторонился. А уж про силу его и говорить нечего. Обычный человек такой силой обладать никак не может!
И жена его иная совсем.
Белая, чистая, словно грязь земная к ней не пристает. А тело тонкое, хрупкое, разве может человек с таким телом выжить в их мире?
Нет, подумал старик, совсем не может.
А раз так, то все верно они думали. Духи эти двое, и дела им нет до страдающих от лишений обычных людей.
Глава 43
На короткий миг старик возмутился. Как это дела нет? Он привык, что племя всегда заботилось о том, чтобы у него был кусок мяса.
