Звон в ушах тоже стал тише, а ко мне вернулись звуки, запахи и свет, который я видела даже с закрытыми глазами.
На мгновение я почувствовала странный, незнакомый запах, который напомнил мне… Я не могла понять, что именно он мне напоминал, но в этой обстановке он казался чужеродным и неуместным. Но прежде, чем я успела разобраться, что он здесь делает, он уже исчез, как будто его и не было. Может быть, мне это только показалось? В таком состоянии возможно всякое.
Чувствую себя параноиком.
Вокруг кто-то суетится, ходит, переговаривается.
То и дело до меня доносятся вопросы от: «Кто-то пошутил магией над человечкой?» до: «А это не заразно?».
Насчёт того, заразно ли это, я и сама ничего не знала, а вот фраза с магией меня зацепила. Может, это и не болезнь вовсе, а чья-то злая шутка?
Наконец, мне стало лучше, и я смогла открыть глаза, чтобы снова удивиться. Передо мной вновь стоял Беон. Именно он держал руки у моих висков и, судя по его яркому, светящемуся взгляду, который был направлен точно на меня, вливал магию.
Или забирал…
Хотя нет, вливал. Я ощущала её течение, чужеродное и холодное, пробирающее до костей, но в то же время живительное. Именно эта магия, какой бы она ни была, избавляла меня от боли.
Когда «лечение» закончилось, Беон отстранился, но не ушёл. И разглядывать меня не перестал. Пристально, внимательно. Словно старался рассмотреть что-то необычное."
"Я же осмотрелась и заметила небольшое скопление драгхаров. Подходить ко мне близко они не спешили, но смотрели подозрительно и удивлённо.
И я их понимала, после последних событий подозрительным будет казаться всё.
Они переговаривались, шушукались, чуть ли не пальцами показывали в мою сторону, но реальной помощи или участия я не увидела. Что ж, я даже не удивлена.
Только я собралась поблагодарить Беона за помощь и пойти в дом, как до меня донёсся знакомый, звонкий голос, требующий от адептов немедленно расступиться. А следом из толпы вынырнула драгхарка с густой, рыжей копной волос, забранных в высокий хвост.
— Дора, — сказала я, узнав девушку, и улыбнулась.
Мне, конечно, уже стало лучше, но потихоньку накатывала слабость, и улыбка оттого вышла немного вымученная.
— Ада, что стряслось? — спросила она взволнованно и села рядом, осматривая меня с головы до ног. — Услышала в коридоре, что человеческой золотой блондинке плохо стало, и тут же прибежала. Беон, что с ней?
Я снова улыбнулась.
