И тем не менее этот поцелуй не прекращается, пока Илай первым не прерывает его."
"На секунду, на жалкую секунду, я вижу, как меняется взгляд его обычно холодных глаз. Они становятся мягче. Добрее. Но только на секунду, а потом Багиров возвращается к своему стандартному состоянию мудака. Будто он просто взял и щелкнул в своей груди выключателем, словно его поцелуй не разрушал нас обоих на протяжении долгих нескольких минут.
Я чувствую, как моя грудь вздымается и еще сильнее прижимается к его.
Прикрыв глаза, я выдыхаю и касаюсь тыльной стороной ладони распухших от его грубости губ.
Идиотка. После всех своих слов, которые он должен был принять всерьез, я позволила ему целовать себя и превратить в размазню.
Покачав головой, я проглатываю горький смешок.
Я снова разрешила ему поступить со мной, как он обходится с любой другой девчонкой.
И сейчас я избегаю встречаться с ним взглядом, чтобы не ранить еще больше мою уязвленную гордость.
— Возможно, ты не моя фанатка, но тебе нравится, когда я властвую над тобой, — его тяжелое дыхание щекочет мою макушку, и я сжимаю кулаки, ощущая, как дрожь ненависти овладевает мной.
Илай немного отходит, и я с жадностью втягиваю прохладный воздух, прежде чем отталкиваюсь от машины и снова попадаю в хватку его сильных рук.
Издав раздраженное рычание, уворачиваюсь и бью коленом ему между ног, но, промахиваюсь, а потом мой затылок вспыхивает от его хватки в моих волосах и голова откидывается назад.
Мои губы плотно сжаты, а из носа вырывается прерывистое дыхание.
— Но в одном ты права, Ведьма, я не встречал таких девушек, как ты, — он наклоняется и прижимается горячими губами к моему уху: — И я еще не хотел ни одну так, как тебя.
Я дергаюсь, требуя, чтобы он посмотрел мне в глаза.
— Хоти дальше. Это твои личные проблемы.
Багиров вглядывается в мое лицо, будто хочет в нем что-то увидеть, а потом убирает выбившуюся прядь с моего лба.
— Если я попрошу тебя. Нормально, — добавляет он таким тоном, будто это слово ему незнакомо. — Ты поедешь ко мне?
Нет, нет, нет… Я не куплюсь на это!
Дыхание снова становится тяжелым.
Мне требуется пространство.
— Для начала отпусти меня, — цежу я сквозь зубы.
Илай обводит меня пристальным взглядом, но все-таки отпускает и медленно вынимает руку из моих волос, оставляя легкое жжение после своего прикосновения.
Я быстро поправляю одежду и волосы, делаю глубокий вдох. Илай стоит неподвижно, но что-то мне подсказывает, если я предприму попытку уйти, его животные замашки тут же вернутся.
