Потом та же рослая скотина тяжёлым грудным голосом простонала:
— Ох, силушек моих нет… Раньше так девки у нас клиентов отбивали, а теперича уже и мужики нарасхват пошли! В сарафаны рядятся, щёки румянят, брови сурьмят, того гляди, нас с Лялиной улицы вытеснят! Нешто мы такое бесстыдство терпеть будем, а?!!
— Бей его, противного-о!!!
Мы переглянулись и кинулись спасать парня. Какой ни есть, а он мой напарник.
Мне удалось плечом посредством грубой силы растолкать двух-трёх, пробившись к Митьке, но в этот момент какая-то особенно неуравновешенная или пьяная дура выхватила нож и поймала Олёну за руку. Я не успел за нее даже испугаться.
Удар был молниеносным, но по непонятной траектории движения ушёл почему-то вбок, наискось, и остриё ножа резко вонзилось… в колено самой же нападающей.
Олёна не делала ничего! Абсолютно ничего, в этом я готов поклясться! Как и в том, что за её спиной на миг возникло необычайно чёрное густое пятно с сияющим глазом посередине…
Есть! Значит, сегодня мы впервые увидели Лихо лицом к лицу. И оно действительно почему-то защищает мою невесту.
— А ну разойдись! — Со всех сторон раздались громкие окрики наших стрельцов. Агрессивные девахи бросились врассыпную, но уйти удалось не всем.
Еремеев умеет работать, и его подчинённые нахватались опыта по наведению порядка на улицах. Той, что была с ножом, оказали первую помощь. Стонущего Митю на руках, как древнегреческого героя, понесли в отделение. Хотя он наверняка больше притворялся, но пусть пока покатается. Самое главное, что мы сумели провести этот следственный эксперимент и добились именно тех результатов, которых ожидали.
Значит, всё следствие движется в правильном направлении…
— Ты его видела, любимая?
— Нет, родной, но ощутила всей кожей, аж до мурашек…
— А я видел. И знаешь что, Яга права — у него был абсолютно мужской взгляд!
Олёна только покачала головой, стараясь прижаться ко мне поближе.
