Генерал принялся выплескивать обиды, я внимательно слушала, засовывая потихоньку в огромную пасть Билла куски ароматной курятины.
– Я с негодяем расправился по-военному, – сообщил старик, – без всяких там интеллигентных штучек-дрючек.
– Убили! – ахнула я. – Так это вы застрелили Сеню?
– Какого Сеню? – изумился Родион Михайлович. – Кого убил? Накостылял Димке по шее, он хоть и молодой, да куда ему против меня.
– Что за Дима? – удивилась в свою очередь я.
Выяснилось, что не так давно генерал уволил с работы шофера, молодого парня, большого любителя выпить.
Несколько раз Родион Михайлович прощал пьянчугу – уж очень искренне тот раскаивался, – но в конце концов терпение лопнуло, и Дима оказался на улице. Юноша потерял не только хорошее место с замечательной зарплатой, но и отсрочку от армии. Полный желания мстить, он взял фото генерала Калошина, на котором был запечатлен момент вручения наград отличившимся офицерам, и отволок в «Скандалы недели». Шум поднялся страшный.
Родиону Михайловичу безостановочно названивали друзья, коллеги и соседи.
Все горели желанием помочь бедному старику. А институт, где он до сих пор преподавал на полставки, прислал в качестве гуманитарной помощи двадцать пачек спагетти.
Макароны доконали бравого вояку, и он, пылая от негодования, явился в «Скандалы», где незамедлительно был принят Прожженным воробьем.
Семен моментально извинился перед генералом и показал ему статью, собственноручно написанную злобным шофером. Родион Михайлович принялся было кричать, что в приличных изданиях проверяют факты, но тут появились две очаровательные девушки в мини-юбках и вручили военному фотоаппарат.
Мило краснея, девушки попросили Родиона Михайловича не сердиться, дескать, с кем не бывает. Еще ему подарили книги «Антология анекдота» и бесплатную вечную подписку на «Скандалы недели». А Семен пообещал дать опровержение. Умасленный и задаренный Калошин вернулся домой. «Антологию» они с женой читали вслух, покатываясь со смеху. «Скандалы недели» начали приходить регулярно, и супруги даже стали получать удовольствие, просматривая всевозможные сплетни.
– Врут, конечно, безбожно, – смеялся Калошин, – просто сил нет, как смешно. Но, с другой стороны, новости смотреть боюсь, а «Скандальчики» возьмешь и потешаешься, все положительные эмоции.
С бывшим шофером Родион Михайлович поговорил по-мужски. Приехал к нему домой и поставил фингал под глазом.
Я уходила из гостеприимного, хлебосольного дома, держа в руках большой пакет в промасленной бумаге.
