Вас могли убить отморозки, люди, не соблюдающие никаких законов, такие подонки, для которых человеческая жизнь ерунда по сравнению с жаждой денег.
Я глядела на него во все глаза. Еще один на мою голову с нравоучениями.
– Ладно, – вздохнул Круглый, – давайте пообедаем на днях вместе!
Не успела я ответить согласием, как во двор въехала машина с маячком. Дверь распахнулась, и наружу выбрался побледневший и похудевший Макс, за ним – Александр Михайлович. Увидев Круглого, он нервно дернул шеей, но вслух сказал:
– Вот, получите господина Полянского.
Где свекровь?
Но Нина Андреевна уже вылетела на крыльцо и принялась поливать слезами вновь обретенного сына. Конечно же, ей стало плохо, и Зайка с Аркадием буквально понесли старуху в дом.
Макс пошел за ними.
Александр Михайлович сел рядом с нами на ступеньки.
– Вот, – сообщил авторитет, – пытаюсь объяснить Даше, сколь опасна и неблагодарна работа частного детектива.
– Правильно, – оживился полковник, – просто удивительно иметь в сорок лет менталитет подростка!
– При чем здесь возраст! – возмутилась я.
– Мир сошел с ума, – по-стариковски отметил Круглый, – полно отморозков, для которых не писаны законы.
– Точно подмечено, – встрял Александр Михайлович, – убьют и не чихнут. Никто им не указ: ни я, ни вы. В такое время следует соблюдать осторожность…
И они принялись, проявляя трогательное единодушие, ругать меня на все корки. Наконец приятное занятие им надоело. Иван Михайлович уехал.
Полковник подозрительно глянул на меня:
– И зачем он приезжал?
– Маня летит во вторник с Бекасом в Париж, обсуждали детали.
– Ладно, – успокоился приятель, – и мне пора.
Он двинулся к машине, но по дороге притормозил и спросил:
– А не сходить ли нам на днях поужинать?
От неожиданности я запихала сигарету в рот зажженным концом. Вот это да! Последний раз полковник приглашал меня на ужин лет десять тому назад! Чудные дела творятся в Датском королевстве!
На следующий день после обеда провожали домой Нину Андреевну и Макса.
Утром, еще до завтрака, свекровь торжественно ввела Полянского ко мне в спальню.
– Дашенька, – многозначительно объявила старуха, – Макс теперь обязан на тебе жениться. Ты сделала для него, да и для меня, столько хорошего, показала себя замечательным другом. Вы отлично поладите. Правда, Макс?
Бывший супруг безнадежно кивнул, в его карих глазах плескался ужас.
