Как только Денис прикоснулся, схватил и потянул к себе, из ее груди вырвался не стон, а рычание. Приглушенное, но единственно верно характеризующее внутреннее состояние.
— Ты моя!
Эти неожиданные слова стали ответом на ее рычание. Но Соня, поглощенная вспышкой нереально сильного возбуждения, не придала им значения. А стоило бы…
— Как скажешь, злой черный волк, — выдохнула, выгибая спину и подставляя шею для поцелуев.
Денис обрушился на нее, точно сорвавшаяся с гор лавина. Прикосновения, которыми покрывал столь щедро предоставленное ему тело, на поцелуи походили мало.
Он не скользил жаркими губами по коже, а едва ли не прикусывал.
Ему хотелось не просто ощутить вкус, он жаждал оставить на ней свой след! След собственника!
Его крупное тело дрожало. Пока он целовал шею и губы Сони, одной рукой удерживая ее тело, другой яростно срывал с себя майку. Решив, что слишком долго возится, попросту разорвал белую ткань.
Звук рвущейся майки вибрацией отозвался в теле Сони. Как же она хотела своего волка! До дрожи.
До боли. До ломоты."
"Казалось, все тело натянулось, точно тетива. Соня вцепилась в обнаженные плечи мужчины, не замечая, как короткие ноготки вонзились в плоть и оставили неглубокие царапины. Простых прикосновений было мало. Ей необходимо слиться с ним, соединиться, впечататься. Сейчас. Не завтра. Не вечером. Не по приезде в дом. Сейчас.
Его губы оставляли на ее шее влажную полоску, тянущуюся к ложбинке между грудей. Добраться до желанных розовых горошинок! Втянуть их в себя! Облизнуть! Пососать! Чуть прикусить!
Из горла Дениса вырвался полустон-полурычание, и он принялся дергаными движениями, точно подросток при первом половом акте, расстегивать ремень на джинсах.
Оглушительно звякнула пряжка.
Соня, презрев природную скромность, потянулась к молнии. Их руки столкнулись, и обоих точно разрядом тока ударило. И у нее, и него перехватило дыхание.
— Волчица…
— Альфа…
Они набросились друг на друга, сдирая, комкая и сминая одежду. Ткань трещала беспощадно. Но обоим было наплевать.
Поскорее бы добраться… Прикоснуться… Почувствовать…
Лифчик был порван, рубашка упала на коврик. Денис запутался в штанинах джинсов. Пришлось встать, полусогнувшись, и приспустить к икрам.
Частое дыхание Сони и ее подрагивающие руки на его спине окончательно низвергли его в водоворот желания. Весь мир сузился до этой девушки. До ее припухших от поцелуев губ. Пульсирующей жилки на шее. Холмиков груди. Чуть округлого живота, такого мягкого, женственного.
