— Так сними эти чертовы трусы! — заорал Денис и распахнул дверь настежь.
Соня, шокированная непонятной вспышкой гнева, на мгновение притихла. Но только на мгновение. Почувствовала, как волчица двигается в ней. Огненная патока заструилась по телу с невероятной силой, и вот оно уже все в огне.
Жарко было везде. И в груди. И в животе. И между бедрами. Соня готова была поклясться, что запылали даже пятки.
Выражение лица Дениса не предвещало ничего хорошего. И Соня непременно испугалась бы, если бы не сумасшедшее возбуждение.
Она задышала через раз, восхищаясь через окно грацией и силой приближающегося мужчины.
Он великолепен! Мощный. Сексуальный. Излучающий ауру силы и уверенности. И он ее желает!
Доводы разума окончательно затерялись в пелене возбуждения. Соня поняла, что пропала. Пусть делает с ней что хочет! Ласкает, где хочет! Берет, как хочет! Она тянулась к его грубой силе, и ничто не способно было ее остановить. И плевать, что совершает очередную ошибку… плевать…
Соня задрала рубашку, обнажив живот, и дрожащими руками стянула трусики.
Да, вот так… Она хотела сейчас быть немного порочной… чуточку более раскованной… Такой, какой видела себя в мечтах…
Трусики сняла вовремя, потому что Денис уже открывал заднюю дверь. Свежий воздух ворвался в салон, заставив Соню сделать жадный глоток.
— Держи! — хрипло сказала она и бросила в него трусиками.
Денис ловким движением схватил их и сунул в задний карман джинсов. Он ничего не говорил. Лишь смотрел. И от его взгляда кожа Сони покрылась мурашками.
Она сидела не двигаясь.
Понимала, что раскрыта для Дениса. Его взгляд жадно прошелся по ее лицу, задержался на губах, а потом лавиной ринулся вниз, туда, где распахнутые полы рубашки ничего не скрывали. Сладкую, истекающую влагой расщелину.
Верхняя губа Дениса дернулась, и снова в чертах лица проступило что-то дикое, первобытное, звериное. Но черты другой ипостаси не испугали Соню. Напротив, лишь подбросили поленьев в огонь страсти.
— Я не дам тебе возможности остановиться, — пророкотал Денис, и его большая фигура заслонила дневной свет.
Он нырнул в авто и властно притянул Соню к себе, не позволив даже охнуть.
То, что происходило дальше, больше походило на безумие. Сумасшествие. Цунами. Соня не узнавала себя. Да и не желала. Ею двигали инстинкты. Древние. Загнанные цивилизацией вглубь сознания. Теперь они вырвались на свободу и вели за собой, ввергая в водоворот чувственных ощущений.
