— Во дядь Коля крут! — восхитился я. — Твоя мама тоже заслужила свое счастье, малышка. А дядька Роберт присмотрит там, он в твоей маме родственную душу нашел. Она вон как за зиму похорошела. Да и дядь Коля нормальный мужик, с понятиями.
Заучка только тяжело вздохнула и покрепче меня обняла. Снова зевнула и положила головку мне на плечо.
До нашего дома пешком было минут десять, и я легко донес спящую жену до квартиры. Правда, на пороге пришлось разбудить.
— Радость моя, открой глазки, — попросил я.
Малинка распахнула свои глазищи, с любовью глядя на меня.
Умилилась, встала на ноги и прижалась к моей груди, пока я открывал дверь.
— Давай-ка спать, — решил я, — завтра у нас с тобой выходной.
— Мне вечером в квесты, — напомнила моя жена.
— Так то вечером, — оптимистично решил я. — День-то у нас весь свободный!
Квесты заиграли новыми красками, когда к нам перевелась Даша, которую, естественно, тоже взяли. Горика и Мурика тоже записали в штат, и квесты прославились, а моя жена стала очень даже неплохо на них зарабатывать.
Страх перед пауками у нее прошел еще в день их «шабаша».
Я запер дверь изнутри, снова взял на руки свою жену, которая доверчиво прижалась ко мне, и понес в спальню.
Она уснула сразу же, стоило ей только лечь. Я снял с Малинки одежду, накрыл простыней, постоял рядом, поумилялся немного оттого, что кроха у меня смелая такая, что аж мне страшно. Зато меня защищала!"
"В груди разлилось приятное тепло, и я, уже не сдерживая глупой ухмылки, пошел есть лимонный пирог, заботливо приготовленный для меня женой.
Встала ведь рано, но перед экзаменом все равно мне его испекла. Заботушка моя!
Съел самый вкусный пирог, запил чаем, убрал со стола, потому что мы с Малинкой оба ненавидели бардак на кухне. Принял душ и нырнул к жене под одеяло. Улыбнулся, подождал пару мгновений.
Она сонно сморщила носик, повернулась, обняла меня за талию и положила головку мне на плечо. Я блаженно выдохнул и тоже провалился в царство Морфея.
А проснулся утром от нежного поцелуя.
Сначала в щеку, потом ее губки прошлись по шее. Малинка прикусила мочку уха, а я обхватил ладонью ее затылок, притягивая ближе.
— Ванну я тебе набрала, — томно прошептала Малинка мне на ухо, — все как ты любишь, не горячую.
Я блаженно улыбнулся, подставляя шею под ее поцелуи.
— Заботушка ты моя, — хрипло пробормотал я.
Малинка села на постели, вызывая дикое желание вернуть ее обратно к себе на грудь и заставить продолжить то, что она начала.
