– Не изменилась ни капли, все такая же страстная и отзывчивая, – шепчет между поцелуями Тимур, окончательно затмевая мой разум.
Его грубость все так же граничит с нежностью. А руки то делают больно, даря блаженство, то ласкают, успокаивая. Он помнит все мои слабые точки и предпочтения. Или же это инстинкты так действуют? Не узнать наверняка.
Наши тела сплетаются, двигаются в древнем танцы, движения которого идеально отточены. Мы словно созданы друг для друга и эта внезапная мысль, родившаяся в моей голове – пугает.
Я напоминаю себе, что это все – минута слабости, не более. Но еще одно движение мужчины и мысли окончательно рассыпаются, разлетаются осколками и все что я могу – громко выкрикивать имя бывшего мужа, признавая свое поражение. Вздрагивать снова и снова, растворяясь в своих ощущениях. В его руках. Объятиях. В нем самом.
В ушах звон, перед глазами пляшут черные точки. На теле бисеринки пота. Горячее дыхание Тимура щекочет мою шею. Сердце в его груди колотит словно бешенное, в унисон моему.
Реальность начинает медленно ко мне возвращаться."
"– С тобой опасно смотреть фильмы, Тимур, – мой голос осипший, тихий. Словно я несколько часов кричала, заставляя голосовые связки работать на износ.
– Говорил же, что в моей спальне плазма лучше, а ты не верила, – усмехается мне в шею, а потом скатывается с меня, ложится рядом.
Я мгновенно напрягаюсь. Не знаю что делать. Уйти? Остаться? Притвориться спящей? Но Тимур решает все за меня, его рука ложится на мой живот.
Он медленно выводит по коже невидимые узоры, сам же устраивается так, что наши тела полностью соприкасаются. Выгонять не спешит.
– Иногда я жалею, что не вернулся за тобой, пчёлка Майя, – последнее, что произносит он, прежде чем я засыпаю рядом с ним.
Глава 24
Утром я просыпаюсь в постели одна. Мышцы ноют, словно вчера я пробежала настоящий марафон. От воспоминаний щеки вспыхивают жаром, а по телу проходят мурашки. Сожаления, к удивлению, нет.
Я откидываю в сторону одеяло и оглядываюсь по сторонам. Шторы задернуты, слабый солнечный свет проступает внутрь. Комната просторная, минимум мебели. Нет никаких фотографий в рамочке или личных вещей. Словно я не в доме Аврамова, а в гостиничном номере.
Моя одежда аккуратно сложена на стуле, пока одеваюсь прислушиваюсь к звукам. Тишина. Тимур скорее всего уже уехал на работу и я рада этому, потому что мы избежали неловкости и ненужных объяснений.
