Обещанные тебе две недели растянулись и превратились в пять, я подверг тебя опасности, переоценил свои силы, потому что не думал, что все зайдёт так далеко. Но я не позволю Колосову причинить тебе вред. Ты и Ярик – самое дорогое, что у меня есть. Вы моя семья.
Тимур нежно поглаживает подушечкой пальца мою нижнюю губу. Его тихий голос завораживает, посылает импульсы по всему телу, вызывает дрожь.
– Не молчи, Майя, прошу.
– Я не знаю, что сказать, Тимур. Мне очень жаль твоего сына, но мои слова ничего не изменят.
И дыру в сердце тоже не залечат, – каждое слово дается мне с трудом. Горло сжал спазм, челюсть свело. Контролировать подступающие к глазам слезы становится тяжелее. – Пока что меня никто не пытался убить, поэтому все в порядке.
– Осталось три дня, Майя. Мои люди нашли доказательства того, что Колосов занимался контрабандой оружия. Этой информацией уже заинтересовались несколько структур, включая международные. Его взяли в разработку, в пятницу должна состояться сделка, на которой его и возьмут.
– Оружие? Господи. Тебе не грозит опасность? – распахиваю глаза от ужаса.
– Нет, мое имя нигде не всплывет, не волнуйся. Но нужно отсидеться тихо. Не выходи никуда до конца недели. Я усилил охрану, ребенка уже перевез в другое место, раз информация о нем просочилась.
– Откуда они узнали, как думаешь?
– Лиля, – кривится он и садится рядом со мной, прислоняясь спиной к стене и задевая меня своим плечом.
Слишком уж уютно рядом с ним. И тепло. Не хочется уходить, хоть детская кроватка и мозолит глаза, напоминая о потерях.
И моих, и Тимура.
– Лиля? То есть Лиля о ребенке знала, а мне ты сообщить не удосужился?
– Т-с-с-с, моя колючка. – Аврамов целует меня в губы, подавляя возмущение. – Полгода назад мы с ней возвращались с деловой встречи, когда мне позвонила няня. Ярик схватил за хвост кошку, а та хорошенько поцарапала его в ответ. Нужно было отвезти его в больницу, а высадить Лилю посреди трассы я не мог. Я был не в восторге от того, что она узнала о ребенке.
Кроме нее о Ярике знают только родители, его охрана, педиатр, няня, я, ну и теперь ты.
– А ты умеешь хранить секреты, – качаю головой.
– Нет, не подумай, что я закрыл его с персоналом в доме и не выпускаю, – смеется Тим. – Они гуляют, ездят в город, я присоединяюсь к ним часто в детских развлекательных центрах, просто никто не знает, чей он сын. У него ведь фамилия на лбу не написана.
– А почему ты решил, что информацию слила Лиля? – задумчиво спрашиваю я.
