А то ведь одни глаза на лице остались.
- Я не голодная, - встряла Маша, даже со стула привстала, но Дмитрий усадил её обратно, положив руку на плечо. Чтобы Маша не могла выглянуть из-за его спины и попасться на глаза начальнице.
Юлия Сергеевна рукой на него махнула.
- Забирайте, Дмитрий Александрович. Иначе вы ведь всё равно не дадите ей работать.
- Я не такой приставучий. Просто беспокойный. - Он подхватил Машу под локоть, заставляя подняться. - Пойдёмте, Мария Павловна. Не зря же я в вашу контору полквартала пешком шёл.
Маша возмущённо фыркнула, глянула на начальницу, поняла, что от той поддержки никакой и молча взяла сумку и телефон. Юлии Сергеевне явно было не по душе появление Харламова в её вотчине, и она хотела, чтобы он поскорее их покинул. И ради этого она готова была пожертвовать Машей. И чтобы ускорить процесс, пригласила посетительницу пройти за её стол.
- Машка, прекрати хмуриться, - попросил Дима негромко, когда они шли по коридору.
- Или ты с таким лицом проснулась?
- С таким проснулась, - созналась она.
- Вон оно как, - присвистнул развеселившийся Харламов. - Но меня это радует. Значит, дело не во мне.
Маша отвернулась от него и вздохнула.
Хорошо ему, его хоть что-то радует, а она который день сама не своя. С тех самых пор, как будущая свекровь открыто дала понять, что не жаждет видеть её в невестках. А если это всё же произойдёт, то ненадолго. И Маша не поверила никаким убеждениям Анны Александровны.
Брачный контракт не был просто бумажкой. Это был способ вышвырнуть её из жизни Стаса в тот момент, который сочтёт подходящим его семья. Ей определят содержание, как состарившейся куртизанке, и укажут на дверь. И Маше остаётся только ждать этого дня и жить в этом ожидании. А разве это возможно?"
"Поначалу она жутко разозлилась. И даже не на Анну Александровну, а на того, кто такие проблемы в их благородной семье, как оказалось, решает. Прилетела в офис Харламова, подгоняемая неистовым негодованием, высказала ему всё, что тогда на ум пришло.
А позже, оказавшись на улице и осознав, что лишь усугубила свою ситуацию, окончательно расстроилась. И расклеилась. Настолько, что дома разрыдалась, как девчонка. И не из-за контракта, не из-за того, что услышала сегодня о себе, а просто потому, что сказки так и не случилось. И стать счастливой, как она нарисовала в своих мечтах, у неё снова не получится.
