Я нехотя ступила на тропу и пошла за ним следом. Тьен шел рядом со мной.
«Глупец, – проворчал пес. – Дальше своего носа не видит».
Я тоже ничего не видела, но в свою интуицию верила крепко. Как и в то,что Тьен мог почувствовать опасность. Но эльфу это было не объяснить, поэтому я шла по тропе вслед за моим остроухим недругом и пыталась понять, что происходит. Снега на тропе уже не было ,как и вокруг нее. Голые камни, пожухлая трава... Длинную светлую прожилку чуть в стороне от дороги я заметила сразу, но останавливаться не стала.
Предостережение Тена оказалось мне полезно, хоть и не так, как он хотел. Я шла медленно и озиралась под предлогом поиска неведомой опасности. Но искать мне уже было ничего не нужно. Стоило подготовиться и взять себе пару козырей на случай, если упрямство остроухих все же навлечет беду.
Когда желтоватый кусочек поменьше мелькнул в кустах, я сделал вид, что мне в сапог попал камушек. Присела на гладкий валун, сняла сапог, старательно потрясла его. А когда надела его, в моих руках уже был твердый ромбовидный кусочек кости.
Я сунула его за голенище и поспешила догнать своего спутника.
Тьен повеселел:
«Умно. Но как ты сделаешь привязку? Вокруг эльфы».
Пес снова был прав, но об этом я уже не думала. Если Стэндиш и Аккеро живы, прикроют меня как-ниубудь. Если это решит проснуться и наведаться по наши души, пригодится любая помощь.
Мы шли весь день. Ребра с каждым шагом болели все сильнее. У нас не было ни еды, ни припасов. Напиться вы успевали во встречных ручейках.
На закате мы оказались перед еще одним небольшим домиком. В окнах горел свет, изнутри доносились раздраженные голоса.
В маленькой прихожей мы застали ссору:
— Так выполняйте свои обязанности, – ядовито говорил Аккеро. – Девушка пропала, а вы...
Но в этот момент на пороге появились мы с Ян-Лином. Тьен, помахивая хвостом, подбежал к хозяину. Охотник взглянул в глаза Аккеро и холодно сказал:
— Вот поэтому я и просил не торопиться. Демон слышит меня где угодно, – напомнил он.
Орденец больше на него не смотрел. Все взгляды наполнились облегчением, и теперь были пркованы ко мне. Шон первым шагнул вперед и заключил меня в объятия:
— Ты снова заставила меня волноваться, – с упреком сказал брат. – Почему ты ушла от стоянки?
Я пожала плечами и мило улыбнулась:
— Любовалась звездами, Шон. Прости... Я так волновалась за всех вас.
Он принялся ругать меня. Аккеро смотрел мрачно, Стэндиш только усмехался. Его оборвал Ян-Лин.
