Ладони я засунула в рукава куртки, мои перчатки остались там, на кладбище.
В тот момент, когда я почувствовала, что уже едва могу идти, Тьен ткнулся мне в колени лбом и сказал:
«Отдохни. Я вызвал Рэймана, он скоро будет».
Я покачала головой:
— Если остановлюсь, точно замерзну. Ты не человек и не настоящая собака, и не сможешь меня согреть.
Он опустил голову и позволил мне идти дальше. К счастью, долго ждать не пришлось. Вскоре на дороге появился всадник. Им оказался Стэндиш. Святой спешился и остановился рядом со мной, заглядывая в мои уставшие глаза.
— Зря, – коротко сказал он.
Но отчитывать не стал. Вместо этого, подвел мне лошадь и помог вскарабкаться на нее, а сам сел сзади. Я чувствовала себя ужасно, но нашла силы заявить:
— Нам надо на кладбище.
Над моим ухом прозвучал удивленный голос Святого:
— Зачем?
Пришлось пояснить:
— Заберем шкатулку из тайника. Нужно завтра же отправиться в Лиансин. Иначе мы опоздаем на турнир.
Я ждала суровой отповеди, но охотник снова меня удивил. Он не произнес ни слова, только подстегнул коня.
Я уже ждала, что охотник также молча увезет меня туда, куда надо ему. Но не нашла в себе сил сопротивляться.
К моей несказанной радости, вскоре впереди замаячили кресты. У ворот кладбища Стэндиш спешился и протянул мне руку. На этот раз мне пришлось ей воспользоваться. Я кое-как сползла с лошади, снова спрятала ладони в рукава и пошла вперед.
— Погоди, – окликнул меня Стэндиш.
Я непонимающе оглянулась. Охотник протянул мне варежки:
— Возьми. Ледяными руками много не сделаешь.
Тебе понадобится темная магия, верно?
Отказываться я не стала. Поблагодарила и торопливо натянула меховые рукавицы. Мы бодро прошли по кладбищу до одного из склепов, печально знакомому Стэндишу по битве с Фирремом. Именно там он с моими друзьями прятался в тот раз.
— Здесь? – удивленно спросил охотник.
Я пожала плечами:
— А что такого? Я использовала «покров мертвых», никто из местных неспособен распознать это заклинание.
— Даже Аккеро?
— Даже Аккеро. Надеюсь, он скоро вернется в столицу.
— Не совсем, – уклончиво ответил Святой.
Я стянула одну из варежек, и охотник подал мне кинжал. Слабость накатывала волнами, и я дрожащей рукой чиркнула себе по ладони. Стэндиш ругнулся и сказал:
— Ну почему не палец?
— По нему еще попасть надо, – огрызнулась я и вдохнула запах тления."
"Цветочные нотки в нем исчезли. Я долго разглядывала зеленоватые нити, которые связывали наш мир с миром духов, но ничего подозрительного в итоге не увидела.
