Я ожидала, что он поведет меня в дом или хотя бы заставит спешиться. Но эльф подъехал ко мне и схватил за запястье. Бинты осыпались золотыми искрами, и браслет оказался прямо под ладонью остроухого. Сказать, что он был потрясен – значит, ничего не сказать. Правда, Дэ-Хой быстро овладел лицом и почти бесстрастно спросил:
— Зачем. Ты. Это. Сделала?
При этом его ладонь до боли сжала мое запястье. Я вырвала руку и торопливо прижала к груди, прикрыв браслет широким манжетом. Остроухий выдержал мой предостерегающий взгляд и спрыгнул с лошади.
Затем рывком стащил меня с белой кобылицы и повел в дом, не говоря ни слова. Там он втолкнул меня в ближайшую комнату и яростно прошипел:
— Ты хоть понимаешь, что ты натворила?!
— Не понимаю, – честно ответила я.
На этот раз он не сдержался и замахнулся, чтобы ударить меня. Я перехватила его руку. Несколько минут мы смотрели друг другу в глаза. Затем Дэ-Хой отступил на шаг назад и сцепил ладони за спиной.
— Зачем ты его надела? – мрачно спросил он.
Пришлось признаться:"
"— Это вышло случайно.
Ночью меня мучил жар. А шкатулку пытались украсть. Я взяла ее к себе в постель, и она открылась сама. Я надела браслет по наитию.
Эльф начал ходить по комнате, что-то бормоча себе под нос точно так же, как недавно Ян-Лин. Я настороженно наблюдала за ним, ожидая вердикта.
Наконец, он остановился напротив и снова устремил на меня мрачный взгляд.
— Вы поможете мне его снять? – осторожно спросила я.
Дэ-Хой скривился:
— Снять? Его нельзя снять.
Ты будешь носить его до конца своих дней.
Мое сердце пустилось вскачь. Дрогнувшим голосом я спросила:
— И... Чем мне это грозит?
— Тебе? Возможно, ничем. А вот у меня будут проблемы. Как, возможно, и у остальных в этом городе. Но изменить ничего уже нельзя. Он выбрал тебя, хоть я и не понимаю почему.
Я посмотрела на браслет и сообщила:
— Я ничего не чувствую. Это артефакт? Он поможет моей магии?
— Он уже помог твоей магии. Только неясно, как ты ей будешь пользоваться.
Эльф резко приблизился, и я уперлась лопатками в стену.
Отступать было некуда. Но он не попытался ударить меня. Наоборот, с нежностью отвел от моего лица белую прядь волос и заправил за острое ухо. В этот момент, глядя ему в глаза, я была готова поверить, что Амалию Гемхен он любил. Но затем в его взгляде промелькнула тень. Когда эльф заговорил, голос его звучал холоднее льда:
— Если ты не сможешь контролировать свою магию на турнире... Мне придется тебя убить.
