Отхожу от него на шаг и говорю:
— Тогда я оставлю вашу чашку, а сервиз отнесу вниз.
— Нет, — говорит он жестко, и чуть мягче добавляет: — Сделаешь это утром. Сейчас ложись спать. День был долгим.
— Хорошо, — пожимаю плечами.
Чай — это, конечно, улика. Ее хорошо бы уничтожить. Но злить дракона непослушанием сейчас точно не стоит.
Из шкафа достаю свое ночное платье. Специально для поездки выбирала самое теплое и плотное, готовясь к ночевкам в тавернах. Слышала по рассказам подруг, как там дует и какой холод бывает по ночам! В этой плотной, мягкой ткани я, как в доспехах.
Контуров тела не видно, и сейчас меня это радует.
В уборной переодеваюсь быстрее падающей звезды. Все остальное делаю так же быстро. Умываюсь, чищу зубы и, довольная, что дракон не ворвался в мое личное пространство в самый неловкий момент, выхожу в спальню.
Переступив за порог уборной, застаю Драгоса сидящим за столом. Ярко сияют светильники, озаряя пустую чашку справа от его локтя, и разложенную по поверхности стола карту, которую он рассматривает под разными ракурсами.
Вертит ее и так и сяк.
А потом до меня доходит. Чашка ПУСТАЯ.
Он же ее выпил? Не вылил в окно?
Сердце начинает колотиться, как безумное, потому что угасшая надежда на побег вспыхивает вновь.
— Вам понравился чай? — спрашиваю осторожно.
— На любителя. Горький. Больше такой не делай, — заявляет он, и меня накрывает волна счастья.
Получилось! Сработало!
Не знаю, насколько внушаем теперь дракон от чашки чая, но то, что спать будет без задних ног — это точно!
Вот только надо бы проверить, насколько он подчиняется внушению.
Подхожу к нему поближе и из-за плеча рассматриваю карту, которую пересекает зигзагообразная линия, вручную нарисованная чернилами. Наверно, это линия Разлома.
Где-то вокруг нее стоят одиночные, жирные точки. Где-то их много, усыпаны буквально одна на другой.
— Что это за точки? — робко спрашиваю.
— Зачем тебе?
— Вы же хотите поделиться своими заботами с вашей истинной, — говорю вкрадчиво, мягко. — На душе после этого сразу станет легче.
Мой ответ на грани нахальства. Нарушаю сейчас все мыслимые границы. Если чай не подействовал, он сейчас грубо, жестко меня осадит, а если подействовал…
— Эти точки — убитые лиурги, — он тыкает в скопление точек. — Там, где их много, Бездна запечатана крепко. Там, где мало, печать продержится недолго.
— Вы думаете, как распределить силы в предстоящем сражении?
— Думаю, что лиурги ведут себя слишком грамотно. В этот раз их явно кто-то направляет.
