Я просто обязана задвинуть свое эго подальше, чтобы им помочь!"
"Добравшись до двустворчатой двери лазарета, заставляю себя пересилить робость. Надавливаю на ручку и захожу внутрь. В огромном зале солдат такое множество, что не вижу ни одной пустой койки. Видимо, последнее сражение получилось по-настоящему сложным.
Скар работает на пару с Арвисом — усиливает его исцеляющую магию. Ирия и другие служанки суетливо снуют вдоль коек. Разносят солдатам целебные отвары, делают перевязки.
Мысленно нащупываю свои запасы.
На генерала я потратила довольно много, но половинка резерва все еще имеется.
Подхожу к Арвису, Скару и, поприветствовав обоих мужчин, говорю:
— Покажите мне самых тяжелых, пожалуйста!
— Вы, милочка, сами-то как? — целитель осматривает меня цепким профессиональным взглядом. — Вам помощь не требуется?
— Я в порядке, спасибо.
— Точно?
— Арвис, вам не нужна моя помощь? Дайте мне самых тяжелых!
Целитель ведет меня к пяти круглым ложам, где лежат драконы примерно в таком же порванном состоянии, в каком я сегодняшним утром увидела генерала.
Им была оказана элементарная поддержка. Остановлено кровотечение. Силы влиты в минимальном количестве. Возиться с ними дальше у Арвиса не было возможности.
Коротко выдыхаю. Уф. Работы и правда много. Засучиваю рукава и приступаю к врачеванию.
Замечаю, что Скар становится за моей спиной.
Что же. С его помощью меня хватит на дольше.
Нащупываю энергетические нити первого дракона. Тонкие, дрожащие от болезненных вибраций. Они повреждены так сильно, что мужчина едва дышит.
Задеты внутренние органы. Легкие. Печень.
Не умирает, благодаря оказанной помощи. Просто молча страдает. Самоисцеление при таком раскладе займет недели.
Когда заканчиваю с самыми сложными солдатами, меня качает от усталости, а эти пятеро лежат, порозовевшие и в сознании. Их дыхание ровное, как и пульс. Я не вижу, что творится у них под черными мундирами, но уверена, что многие раны срослись, а некоторые уже на пути к заживлению.
— Леди де Эвервин, вам пора отдохнуть! — эту фразу целитель произносит с таким непреклонным видом, будто он генерал на здешнем поле сражения и возражений принимать не собирается.
Я и сама чувствую, что выдохлась на сегодня.
Сил никаких не осталось, зато вижу в глазах драконов уважение. Никто их них больше не смотрит на меня, как на чью-то самку. От мужских, почтительных взглядов меня вдруг топит каким-то щенячьим восторгом.
Захожу в самую глубину зала и присаживаюсь на стул.
