Она разворачивается и смотрит с улыбкой на Рона. Он начинает аплодировать. Хлоя приближается к нам. Ее взгляд переплывает на мое лицо, и глаза расширяются. Улыбка застывает. Ноги запинаются в паре метров от нас.
А я ничего не могу…
На моем лице ужас. Мне хочется исчезнуть, раствориться, провалиться... На крайний случай просто развернуться и сбежать! Но тело не подчиняется.
Оценив выражение моего лица, она сглатывает, и ее грудь перестает двигаться в такт дыханию. Замираем. Бирюзовые глаза стекленеют. Все это - всего пара секунд, но для нас - вечность.
Рон подлетает к ней, вставая между нами.
– Лекс, это Хлоя! Она - супер, правда?! Теперь будет танцевать у нас…
Я ни слова не понимаю из сказанного им. Только вижу ее зажмуренные глаза. И горло, пытающееся что-то проглотить.
– Хлоя, это Лекс, я тебе рассказывал, он из «Игрушек», но танцует просто о*уенно…
«АААААААААА!» – внутренний вопль разрывает меня.
В животе взрывается бомба, заставляя сократиться от боли.
Зачем, бл*ть, он сказал это?!
Хлоя открывает глаза – в них осознание.
Она в шоке. Ее руки безвольно повисают.
– Рон, принеси попить… – хрипит она.
– Без проблем, детка! – срывается он.
Какая, бл*ть, она ему ДЕТКА?!
Мне НУЖНО уйти вместе с ним. Но я парализован.
– Лекс … – она всматривается в меня, как тогда, на кресле, перед тем, как трогала пальчиками мои ресницы.
Я отвожу глаза. Не могу вынести ее чистого ясного взгляда.
– Она заплатила тебе? – срывающимся голосом спрашивает она.
Почему именно этот вопрос?!
– Хлоя… – качаю я головой.
"
"Как объяснить?
А надо ли?
Зачем ей перекачивать все это дерьмо вместе со мной?
Надо все сделать быстро.
И мой рот отвечает.
– Две штуки. Я отработал?
– Вполне, – бледнеет она. – Извини, мне надо…
Отворачивается и почти бегом уходит, унося с собой все теплое и нежное, что у меня оставалось от нее. Я закрываю глаза. Мне не больно. Меня больше нет.
– Валери! – слышу я крик Алисы.
– Что? – выглядывает та из-за барной стойки.
– Твоей сестре плохо. Ее тошнит.
..
Глава 5 - Достойна большего
Ее тошнит от меня?
Охотно верю…
Меня и самого тошнит от себя.
Слышу стук звонких каблучков Валери.
Ей плохо…
Ей плохо! А я стою тут и ничего не делаю.
Ноги, наконец, отрываются от паркета и несут меня по направлению к служебным туалетам за гримерками. И я вижу, как Валери залетает в женский.
Мне не надо туда. Я ничего не могу сделать для нее. Мне нечего сказать ей. И она не хочет видеть меня. Это она туда ОТ МЕНЯ сбежала.
