Потому, что мой член приказывает мозгам совершенно по-другому использовать зрение, да и все остальное тоже.
Ее колени все так же разведены, и поза демонстрирует мне черную сетчатую ленточку стрингов, едва прикрывающую чувствительную плоть между ног.
Мы зависаем «глаза в глаза». И мы - как зеркала напротив друг друга: неизвестно, кто - образ, а кто - отражение. Между нами - кайф, боль и страсть.
– Хлоя… – моей маски больше нет, ее взгляд выжег все напускное с лица.
Но в ее, вспыхнувшие на один короткий миг, глаза возвращается лед, и я вздрагиваю от холода.
– Хочу другую «игрушку»! – склонив голову на бок, капризно требует она. – Больше не хочу играть с тобой.
И я внутренне вою от боли, стиснув зубы.
Музыка стихает, и Марк, тыкая пультом в системник, почти урчит от удовольствия:
– Давай, Хлоя… Трахни нас, детка!
Видео
Первый аккорд какого-то вязкого харда - и она тягуче поднимается наверх, хватаясь рукой за стальной стержень. Не отводя от меня взгляда, прогибается у шеста, пропуская его между ног.
Я вижу, как она шипит от ощущения давления стали туда, куда должен давить мой член, мои пальцы, губы…
Раскачиваясь под томные, агрессивные звуки, Хлоя закусывает губу и обводит взглядом зал, задерживаясь поочередно на каждой паре имеющих ее сейчас глаз. Но, только не на моих…
Она хочет другую «игрушку».
Надо уйти! – уговариваю себя, но ноги вросли в пол, а руки - в тумбу пилона.
Как я могу уйти от нее?
Никак.
Музыка одурманивает, и кокс накрывает очередной эйфорической волной…А Хлоя - такая вязкая, сладкая, пьяная от удовольствия - вьется у этого шеста, ТАК дерзко взрывая фонтаном своих волос пространство вокруг себя, что я под этим гипнозом пластики и эротики, забываю, кто я, где я, и — зачем.
Зажав ногами шест, она, медленно и плавно прогибаясь назад и покачиваясь, зависает как раз перед моим лицом, и я слышу, нет - чувствую ее возбужденный стон, когда она сползает по шесту вниз. Я уверен, она тоже слышит, чувствует - мой, который бесконтрольно вырывается одновременно с ее.
Почему я еще не в ней? И еще совершенно не понимаю, почему она трахает сейчас кого-то еще этим зрелищем. Это же – о*уеть, как неправильно!
А Хлоя уже снова двигается вверх, покачивая бедрами и трахая пилон. Ее веки подрагивают, периодически прикрываясь, на лице – румянец, она покусывает губы… Я точно знаю, что это означает!… Вижу, как подрагивает ее тело… И знаю, что пара моих прикосновений тут же сорвут ее в оргазм.
