Я угодил сюда из другого мира. Сначала были мысли, что переместился во времени, но это не так. Судя по вашим историческим хроникам, на момент, когда я погиб у себя, здесь уже давно не было ни богов, ни Римской империи.
Теперь он всё же вклинился с вопросом. Иронично подняв брови, уточнил.
— Хочешь сказать, ты какой-то древний бог, что попал в наш мир? Звучит как детская сказка на ночь.
Сандал летал снаружи, патрулируя подходы к гостинице, но вместо него внезапно послышался голос Мьёльнира.
— Можно я ему ноги сс-с-сломаю?
Хмыкнув, вытащил камень из кармана и подбросил в руке.
На ощупь он сейчас напоминал что-то текучее, в твёрдой пластичной оболочке.
Глянув на него, поинтересовался.
— Ты где этого нахватался? У Леры? Или у Сандала?
Ястреб моментально выразил своё возмущение, заявив, что так не выражается. А сам Мьёльнир смущённо пискнул и моментально стал обычным камнем, который просто лежал в центре моей ладони.
Убрав его обратно, я устремил взгляд на Ульриха.
— Римская империя раскинула свои границы почти над всей Европой.
Дошла до Индии и продвигалась в Африке. Смертные управляли провинциями, а мы царили над иными пантеонами. Забирали их паству и ограничивали возможности, но сохраняли побеждённым жизнь. Исключая тех, кто пал во время войны.
На секунду замолчал, вспомнив о нападении мятежников. Возможно мы зря были настолько мягкосердечны. Стоило захватить все храмы других божеств. Не оставить им никого из паствы, за исключением редких смертных. Тогда наши бывшие враги сами бы постепенно выродились до уровня дриад и стали не опасны.
Зря мы тогда решили проводить в их отношении настолько мягкую политику.
Свенсон молчал, ожидая продолжения и я заговорил снова.
— Они подняли мятеж. Договорились между собой и ударили по нам. Многих убили во сне. Другие, как я, погибли в сражении. Но Юпитер сжёг свою «искру» перед смертью. Спалил саму суть себя. Открыл проходы в другие вселенные, куда отправились наши сознания. Так и я оказался здесь. В теле смертного, которого незадолго до этого зарезали, чтобы призвать древнего бога.
Возможно поэтому я и очутился именно в этой оболочке.
Скандинав, который внимательно всё выслушал, откашлялся. Нахмурившись, помолчал. Наконец принялся отвечать
— Звучит дико. Как будто говорю с безумцем. Но предположим, что всё это всерьёз. Кто тогда я? И почему ты настолько слаб?
Я почувствовал мысленное возмущение обоих спутников и усмехнулся.
— Тело смертного не может выдержать мощь полноценного божества. Это немыслимо.
