И совет про телефон тоже даю забесплатно! У тебя в кармане лежал двадцатилетний срок, а сейчас ты почти одной ногой на свободе!
— Да ладно, брось! — с полным ртом отозвался Круглый. — Конечно, заплачу.
— Судя по легкому согласию, ты, наверное, хочешь дать мне пятьсот рублей. — Громобой взял из вазочки салфетку и написал на ней несколько цифр. — А надо вот столько! — Он показал агенту запись. — Завтра зашлешь. А еще лучше — сегодня. Может быть, ты до завтра и не доживешь!
— Почему это не доживу? — встрепенулся Круглый.
— Ведешь себя неправильно. Мне лапшу на уши кидаешь, Карнауха подставляешь… Он бы не стал сам стрелять, это и ежику понятно! С таким поведением у тебя наверняка есть много врагов.
— Наоборот, меня все боятся. — Круглый доел сосиску, допил пиво и удовлетворенно откинулся на спинку жесткого стула.
— Если человека многие боятся, то и он боится многих, — резонно возразил Громобой, встал и направился к выходу. Круглый, он же Смелый, пристально смотрел ему вслед.
* * *Карнаухов не поверил во внезапное открытие судмедэксперта. Во-первых, само по себе оно было невероятным, как если бы вдруг прозрел слепой: он сам повидал немало трупов и знал, как выглядит человек, забитый насмерть. Причина очевидна даже для неискушенного обывателя, что тогда говорить о специалисте, который всю свою жизнь посвятил изучению различных видов смерти? Значит, за этим что-то или кто-то стоит. Точнее, стоят чьи-то интересы, и чьи именно — надо выяснить как можно скорее! Потому что, когда случаются такие непонятки, можно ждать чего угодно, даже пулю в затылок…
Эксперт Тонков очень устал и перенервничал.
Иметь дело с Громобоем — это нервная и опасная работа, но лучше выполнить его требования, чем отказать, иначе неприятностей не оберешься… И все-таки он чувствовал какое-то беспокойство, которое не прошло, даже когда он выпил стаканчик коньяка из своих запасов. Он оформил почти все заключения, вычитал и подписал, когда дверь распахнулась — мало того, что без стука, да еще с такой силой, что ударила о стену.
Посыпалась штукатурка. Морг — это место мертвых и просителей, ни те, ни другие так себя не ведут. Даже Громобой так себя не вел, по крайней мере до сих пор…
Но это был не Громобой. В кабинет решительно вошел огромный мужчина с лицом каменной статуи. Разгневанной каменной статуи. Тонкову показалось, что незнакомец и его гнев заполнили всю комнату, от него ощутимо веяло опасностью.
