Зато, насколько я помню, разом отвлёкся от своих дел.
В этот раз реакция оказалась несколько неожиданной. Сначала он сделал несколько кругов в воздухе, а потом заявил, что картину всё равно получит и на мои уловки не поддастся.
Правда, после этого полетел внутрь дома. Видимо возвращать произведение искусства на старое место. Оставалось надеяться, что никто не успел заметить его отсутствия.
Скопа, которая с интересом разглядывала гостей, устремила взгляд за мою спину и я обернулся, сделав вид, что моё внимание привлёк шум в той же стороне.
Сразу же столкнулся взглядом с патрицианкой в годах, которая была затянута в платье с корсетом. Внутри восемь сверкающих силой ядер, а энергетический каркас такой, что ему можно только позавидовать. Да и выглядела вполне бодро — возраст угадывался угадывался лишь по глазам, да специально оставленным в волосах седым прядям.
Стоп. Это сейчас из-за её спины княжна выглянула? Так передо мной её бабушка? Надо сказать, не такой я себе представлял хозяйку вечера.
— Значит вы и есть тот юноша, что отделал нашего Виталия?"
"Я на момент задержался с ответом. Не из-за того, что меня так впечатлила смертная, а по иной причине — от её перстня явственно повеяло божественной силой. И в этот раз не просто какой-то абстрактной, как в случае с Великим князем. Отпечаток «искры» чуть отличался от того, который привык видеть я, но тем не менее был узнаваем.
Благополучно удержав на лице вежливо-расслабленное выражение, кивнул.
— Можно и так это назвать. Надеюсь, в следующий раз он будет осторожнее при выборе мишени.
Женщина улыбнулась и оглянулась на Анну, которая сейчас стояла в метре от неё, с поджатыми губами и недовольным выражением лица. Я же с трудом сдерживал нахлынувшее желание задать пару вопросов о происхождении её родового перстня.
Почувствовавший моё настроение Сандал, моментально вылетел из дома и закружился над головой Натальи Волконской. Сама она слегка нахмурилась.
— Ни к чему так напрягаться, Василий. Право же, мы пригласили вас в гости, а не на очередной поединок.
Толстый намёк на дуэль с княжичем Голицыным, я проигнорировал. А в стороне раздался голос Скопы.
— А что делают эти люди?
Я непроизвольно глянул в направлении, куда указывала девушка. Пара местных патрициев была погружена в какую-то странную игру — перебрасывали друг другу нечто вроде мяча, орудуя забавными плоскими приспособлениями.
