А от прежде могучего разума остались лишь жалкие ошмётки, пропитанные единственным желанием — нести в мир боль. По сути, тогда и умерла истинная Умай. Оставив вместо себя жуткого монстра, ведомого примитивными инстинктами и желанием убивать.
Потом произошло то, что дало ей возможность выбраться. Мощный выброс силы, который целенаправленно двигался к Стамбулу. Если я верно понял направление, откуда-то со стороны Африки. Точно такой же заряд мощи, как тот, что мы наблюдали в Скандинавии. Только этот перехватила Умай.
Впитала в себя, переработала, обрела мощь. От её физического тела практически ничего не осталось, но богиню это мало расстроило. В новом облике она рискнула выбраться за пределы казематов и сожрала десяток рабов с нижних этажей. Их пусть и считали, но о пропаже наверх доложили бы нескоро. Тела она затащила к себе, души поглотила. Набралась сил.
Потом смогла уловить ещё один выброс такой же силы. Этот должен был промчаться мимо Стамбула, но у неё хватило мощи, чтобы подтянуть его и впитать.
После чего её разум смог обрести цельность. Правда строительным раствором для послужила сила мёртвых душ. Именно она позволила тому, что осталось от богини, снова почувствовать себя единым целым. Только вот к самой Умай, получившееся создание уже не имело никакого отношения.
В практическом плане, самым ценным из её воспоминаний являлась реакция при поглощении второй порции мощи. Тогда она не только ощутила все четыре хранилища душ. В сознании подсветились все точки, которые были пропитаны подобной силой.
Сотни и сотни отметин в самых разных точках света."
"Имелось и ещё кое-что. Жирная большая кляка, связанная со всеми хранилищами, которая могла означать только одно — Основателя. Либо артефакт, при помощи которого тот действует. Теперь я был в курсе, где его следует искать.
С трудом вынырнув из чужих воспоминаний, я распахнул глаза и глухо застонав от боли, вцепился в загривок дракона. Рухнуть с высоты на раскрошенную брусчатку мостовой, это не слишком ловкий ход. Сандал, безусловно меня подхватил, но репутация в глазах османов, оказалась бы слегка подмоченной.
Отряд рода Чаглар постепенно приходил в себя, да и от границ квартала сюда двигались группы Одарённых.
— Всё в порр-р-рядке? Не зарр-р-разился?
В голосе дракона сквозили нотки беспокойства и я слабо усмехнулся.
— Я лишь забрал воспоминания.
В разуме сразу же зазвучали слова Мьёльнира.
— А ещё её сс-с-силу. Я чувсс-с-ствовал.
Ведь и правда — поток трофейной мощи тоже был.
