Но одновременно с этим ей приходилось уходить от атак конструкта и сопротивляться давлению Прохора, который раз за разом пробовал разъединить её плоть. Не самая простая задача.
Впрочем, я был уверен, что с этим она справится. Да, победить нас, у неё не выйдет. Но и спокойно висеть в воздухе, пробуя разные варианты воздействия на врага, сущность не даст. А если ей сильно повезёт, то в какой-то момент может вовсе пробиться через защиту.
Воздух был заполнен клочьями тёмной хмари, которых становилось всё больше.
Сандал молнией носился по улицам, разрывая обращающихся смертных — чем дольше они находились под воздействием чужой ауры, тем большее их число превращалось в уродливых монстров.
Я же, прикрыл глаза, восстанавливая в памяти свои лучшие воспоминания. Всё время, пока шёл бой, Мьёльнир анализировал ток исходящей силы, которая меняла смертных и пыталась прорваться к нам. Так что теперь я знал, как именно Умай воздействовала на разумы целей.
Тонкая энергетическая нить отделилась от моей кольчуги и коснулась ауры, которая нас окружала.
Сразу же навалилось ощущения тяжести, обрушившейся на сознание. Внизу полыхнуло довольством существо, которым стала Умай.
Я же ответил ударом на ударом. Вот и пригодилось плетение, которому когда-то научил меня Вакх. Братец всегда славился умением предотвратить побоище, превратив его в весёлую оргию. Из-за чего частенько расходился во мнениях с Марсом. А для того, чтобы успокоить желающих крови смертных, использовал техника, могущая транслировать эмоции.
Накрывать произвольную территорию, успокаивая людей, а потом приводя их в то состояние, которое требовалось.
По большому счёту, сейчас я проделывал то же самое. Только транслировал эмоции и образы не на большую аудиторию, а одному единственному объекту. Превратив своё собственное восприятие старых воспоминаний в оружие.
Когда-то наша противница умела читать людские разумы и влиять на них. Подталкивать к любовным связям или наоборот, уберегать от них.
С тех пор Умай, сильно изменилась. Но смертные превращались в монстров как раз из-за её навыка. Только теперь, после всех метаморфоз, он воздействовал не только на разум, но и человеческую душу. Вытаскивал на свет самые грязные и ужасные фантазии. Заставлял желать их с неимоверной силой. Настолько, что душа принималась меняться.
По крайней мере, так выглядел этот процесс в моей голове.
