— Не «наша», а «моя»! — пробормотал я, накрывая лицо ладонями и с силой потирая глаза. Кажется, бармен внаглую разводит мой вискарь каким-то пойлом. Надо бы вечером устроить там разбор полетов.
— Думаю, она чья угодно, но только не твоя, Демон! — уже без особого сарказма выдал Эдик. — Была бы твоя, ты бы боролся, а не сопли разводил.
Эдик прихватил коробку с пирогом и ушел, напоследок громко хлопнув дверью.
А я повернулся вместе с креслом к окну. Витрина кулинарии была как на ладони. Иногда я мог отчетливо рассмотреть Музу сквозь стекло.
Особенно по вечерам, перед самым закрытием. Знать бы еще, как суметь приблизиться к ней настолько, чтобы уговорить на небольшую, но содержательную беседу. Однако до сих пор Муза держала глухую оборону по всем фронтам.
Со своего места видел, как к крыльцу в кулинарию подъехал фургон из цветочной лавки. В одно и то же время, как по часам.
Курьер вышел из машины, прихватил букет роз и скрылся за дверью «Изюминки». Пятьдесят на пятьдесят. Либо Муза попросит доставить букет в здание через дорогу, то есть ко мне, либо примет мои цветы.
Если примет – то у меня может появиться шанс. И я ждал этих несколько минут, точно приговор.
Курьер вышел с цветами в руках.
— Млять! — пробормотал я, прикрывая глаза.
Я ненавидел минувшие две недели, на протяжении которых утренний ритуал доставки цветов повторялся точь-в-точь. С трудом сдерживался, чтобы не спуститься вниз, пересечь дорогу, ворваться в кулинарию и лично спросить Музу, что мне сделать, дабы заслужить ее прощение.
Я бы так и поступил, если бы не моя уверенность: она не станет говорить, даже слушать не станет.
***
Глава 39
Короткий стук в дверь настиг меня в крохотной гостиной. Я уже переоделась ко сну в мягкую пижаму. Планировала выпить чашку волшебного чая из трав, собранных матушкой. И крепко уснуть до самого утра.
Взглянув на часы, насторожилась. Нет, это кто-то из своих. Ребята из охраны сообщили бы, если бы рядом с моей квартирой появился чужак.
И потом, камеры в режиме онлайн транслировали картинку Медведеву лично. В этом плане я не опасалась за свою жизнь.
Но все равно страх еще жил в глубине моей души. И я тихонько подошла к двери.
Сквозь глазок рассмотрела парней из охраны.
— Муза Эдуардовна! — позвал один. — Мы на пару слов."
"Послушно открыла дверь. Ребята мялись на пороге, не решаясь войти, оставаясь в поле зрения глазка камеры. А я невесело усмехнулась.
