— А я согласен! — Рахимов уже «нарисовался» в палате, намекая, что мне пора сваливать, и время посещения закончилось.
— Музе Эдуардовне пламенный привет, — подмигнул Андрюха, когда я уже выходил из палаты.
И странно, но мне даже не захотелось переломать ему ноги. Признаться, я слабо представлял свидетеля, прикованного к инвалидному креслу. Так что, пусть Морин скорее выздоравливает. Не хотелось бы откладывать свадьбу еще на полгода.
***
Глава 36
Когда я появился на пороге квартиры Медведя, Саша уже спала.
Эдик коротко указал на гостевую спальню, а сам скрылся за дверью хозяйской.
В его глазах видел осуждение. Ведь парни успели доложить, где я был и чем занимался.
Дверь в комнату Музы была не заперта. А сама девчонка лежала на боку, глядя прямо перед собой.
Увидев меня, тут же подскочила с постели и рванула ко мне. Я едва успел ее подхватить и прижать к себе.
— Все хорошо? — тихо спросила она, чуть отклоняясь и проводя ладонью по моему лицу.
Я вдруг подумал, что легче вырвать собственный язык, чем признаться ей в своих сомнениях.
Все показалось кристально прозрачным и до боли простым: есть моя Муза, есть мы, есть наши чувства, основанные на доверии. Возможно, мне понадобиться вся жизнь, чтобы искупить перед любимой свою вину. Но я не собирался выплескивать на нее свои сомнения. Я собирался сделать ее счастливой.
— Да, — ответил я, копируя ее движения.
Мои руки поглаживали нежную кожу щеки, а взгляд задержался на белоснежной повязке, на которой проступили капельки крови. Кажется, порез вновь начал кровоточить.
А по голове точно кувалдой: Она ведь могла умереть! Пашка был помешан на Музе. И мог с легкостью ранить ее более серьезно. Мог задеть артерию. И никакая группа захвата не помогла бы.
А я, как истинный гребанный защитник, помчался разруливать несуществующие проблемы. А ведь должен был позаботиться о своей женщине. Прав Морин, я тот еще придурок!
— Прости меня, маленькая! — пробормотал я, перебирая пальцами длинные пряди на ее затылке.
— За что? Ты ведь спас меня, — удивилась Муза.
А я не выдержал ее пытливого взгляда. Прижал к себе, старательно заталкивая чувство вины в самый дальний угол своей темной души.
— Что случилось, Лука? — прошептала Муза."
"Усмехнулся. Девчонка всегда могла угадать мое настроение. Словно читала мои мысли. Почти всегда – мысленно сделал поправку. Однажды она поверила, что я ее обманул, разрушил ее мечты, планы на будущее счастье.
— Просто я идиот, — пробормотал я, целуя ее в висок.
